Гроссмейстер Гельфанд: «Выбор каждого, высказываться ли на злободневные темы. Не советую, как действовать другим»

Живущий в Израиле уроженец Беларуси гроссмейстер Борис Гельфанд в интервью «Зеркалу» рассказал, что не поддерживает «культуру отмены», а также поделился мнением о том, должны ли публичные люди и в том числе спортсмены высказываться по актуальной мировой повестке.

— Порвали с кем-то отношения из-за разных взглядов на происходящее [войну в Украине]?

— Нет. Мне кажется, это самое худшее, что может быть. Нельзя переставать общаться, если кто-то видит мир по-другому. Гораздо важнее — поведение человека. У него может быть иная точка зрения, но если нет травли, доносов на несогласных, требований покарать инакомыслящих, то такая личность мне гораздо ближе человека, с кем я могу разделять взгляды, но он призывает всех к ответу. Забанить, как сейчас говорят.

Мол, ты негодяй, если не думаешь, как я. Или не настолько радикален. Это ужасно. Я вам приведу пример. У меня есть друг, который живет в США. Борис Аврух. Он шахматист, автор шахматных книг. Мы играли вместе за сборную Израиля. И когда в США начались все волнения по поводу прав темнокожих, он сказал, что считает: «All lives matter». То есть все люди равны. Нашлись активисты, которые потребовали сжигать его книги. Тема попала в крупные медиа. Какими только эпитетами Авруха не наградили, хотя он очень миролюбивый. По-моему, что-то здесь не так.

— Должны ли публичные люди, те же спортсмены, высказываться на злободневные темы?

— Это выбор каждого. Смотрите, я долго жил в СССР, где ничего вообще нельзя было сказать. За любое слово с вероятностью 100% следовало немедленное наказание. И долго живу в Израиле, где могу говорить, что угодно, и за это ничего не будет. А вот со страной, в которой абсолютно непредсказуемо, что последует после какого-то заявления, я не знаком. Поэтому не берусь судить, как повел бы себя в такой ситуации, и не советую, как действовать другим, – сказал Гельфанд.