«В Италии узнают чаще, чем в Беларуси»

Лучший футболист Беларуси прошлого века дает большое интервью Никите Мелкозерову, в котором рассказывает о незнакомом чувстве ностальгии, любимых местах отдыха игроков минского «Динамо», переименовании улиц в столице, итальянском профессионализме, изъятии плюсневой кости и белорусских гаишниках.

AleynikovСергей Алейников с улыбкой вспоминает, как итальянские журналисты спрашивали его о медведях на улицах СССР Надежда Бужан

Лучший футболист Беларуси прошлого века дает большое интервью Никите Мелкозерову, в котором рассказывает о незнакомом чувстве ностальгии, любимых местах отдыха игроков минского «Динамо», переименовании улиц в столице, итальянском профессионализме, изъятии плюсневой кости и белорусских гаишниках.

Хлеб, Машеров, медведи

— С какими чувствами вы возвращаетесь в Беларусь?

— Все зависит от цели моего прилета. Вот сейчас я в Беларуси по работе. Чувства после приземления были соответствующими. Вообще, убить двух зайцев получается редко. Но в нынешний раз представилась возможность и дома побыть, и поработать.

— Сантименты — это не про вас?

— Да нет. Я с 10 лет в движении. Сперва разъезды по Беларуси, после — по всему Союзу, еще позже — по другим странам. Оттого каждое путешествие воспринимаю спокойно. Не могу сказать, что возвращение на родину меня трогает. Опыт выступления за сборную СССР сказался. Частые перелеты, отъезды, вылеты, прилеты — все это с годами делалось на автомате. Поездки — жизненная необходимость спортсмена. Честно признаться, я даже не знаю, что такое ностальгия.

— Даже на старте итальянской карьеры домой не тянуло?

— Нет. Потому что меня вызывали в сборную Советского Союза. Я приезжал. Связь с домом держалась. Плюс несколько раз получал вызов в сборную Беларуси.

— Вы приезжали сперва в сборную СССР, затем — в сборную Беларуси. Почувствовали какую-то разницу?

— Не почувствовал. Может быть, потому как сыграл за сборную Беларуси очень мало. Для меня этот переход прошел как-то совсем незаметно. Ведь после сборной СССР выступал за сборную СНГ, затем — за сборную Беларуси. По большому счету, у команд был почти одинаковый гимн. К тому моменту особых изменений не произошло. Присутствовало ощущение, что с СССР ничего не случилось. Может, если перемены происходили бы более быстрыми темпами (гимн бы поменялся, допустим), все это ощущалось бы как-то по-другому.

— И когда вы почувствовали перемены?

— Я жил в другой стране, потом закончил играть. Так что необходимость чувствовать перемены отпала.

— И что, вы до сих пор не видите разницы между советской Беларусью и нынешней?

— Честно говоря, да. Может быть, оттого, что бываю в Беларуси короткими наездами. Если бы пожил в Минске хотя бы месяц-два, глядишь, и почувствовал бы какие-то изменения. А так… Приезжаешь по делам, крутишься постоянно. Ощущения, будто находишься в уже другой стране, нет. Ясное дело, чисто визуально все изменилось. А какие-то чувства… Единственное — неудобства вызывают переименованные улицы. Я к этому никак не могу привыкнуть. Знакомые говорят: «Поедем на проспект Независимости». Или «Поедем на проспект Победителей». И я не могу понять, куда нужно ехать. Новые названия еще не нашли места в моей голове.

— А как вы говорите?

«Для меня в Минске до сих пор существуют проспект Машерова и площадь Ленина. На их прежних местах».

— Для меня в Минске до сих пор существуют проспект Машерова и площадь Ленина. На их прежних местах. Когда друзья предлагают куда-то ехать, я прошу уточнять: «Скажи, что там рядом находится». Кинотеатр, памятник, что-нибудь другое. Думаю, все связано со временем. Снова-таки, проживи я в Минске два-три месяца, привык бы, наверное.

— Максимальный срок, на который вы обычно приезжаете в Беларусь?

— Вот сейчас получилось на две недели. В первую я почти не вылезал из Дома футбола — проводил курсы. На второй — вот сижу в Раубичах. По большому счету, ничего не вижу. А в воскресенье уже надо улетать.

— Ваше «надо» объясняется работой?

— Да, конечно. Тренирую юношей. Обратился к работодателям, попросил, чтобы они продлили срок моего отсутствия еще на неделю :). То есть я не в отпуске. Меня просто согласились отпустить на время.

— Что вы обычно везете в Италию из Беларуси?

— Черный хлеб. Если позволяет время, приобретаю некоторые другие традиционные белорусские продукты.

— Какие?

— Иногда мои знакомые итальянцы просят привезти что-то экзотическое белорусское. Не буду говорить за всех итальянцев, но те, которые входят в мое окружение, считают экзотическим белорусское спиртное. Русское почти всем на Западе более или менее известно. Потому ребята просят меня привезти нашу водку. Ну, и всякие сувениры из соломы — фигурки и прочее.

— Как итальянцы из вашего окружения воспринимают Беларусь?

— По большому счету, на данный момент им все равно. У итальянцев хватает своих проблем. Их больше заботят отношения с Россией. Газ-то в Италию идет оттуда. Так что ребята с Апеннин больше владеют информацией о русских. Хотя эта информация не всегда точная. Впрочем, подобная ситуация наблюдалась и во время моего появления в Италии. Было удивительно и просто парадоксально, что итальянцы в 20 веке на полном серьезе думали, будто в СССР по улицам ходят медведи.

— Чуть ли не каждый день вас об этом спрашивали журналисты.

— Да-да. То есть вопросы, ответы на которые не должны вызывать ни малейшего сомнения, вдруг возникали в капиталистической, достаточно развитой, стране.

— О чем еще вас спрашивали?

— Шла перестройка. Всех интересовал Горбачев. Для итальянцев он был просто супергероем. Человек открыл страну, дал возможность выезжать народу в другие места, дал возможность хорошо устроиться итальянцам в Советах. А они действительно неплохо устроились :).

— И как вы реагировали на удивительные вопросы?

«Итальянцы спрашивали меня об элементарных вещах с наисерьезнейшими лицами. Нет, даже удивленными».

— Больше веселился. Вопросы вызывали улыбку хотя бы своей непосредственностью. Итальянцы спрашивали меня об элементарных вещах с наисерьезнейшими лицами. Нет, даже удивленными. Ведь они общались напрямую с представителем той экзотической страны, о которой только читали в газетах и журналах. Потому журналистам хотелось получить собственный опыт на основе вопросов из категории «Правда или нет». Я удивлялся. Мне кажется, улыбка была естественной реакцией.

— Еще какие-то вопросы вас удивляли?

— Честно говоря, вот так сразу не вспомню… А про медведей у меня на всю жизнь в голове отложилось. Очень яркое воспоминание. То есть, представь, на твоем месте итальянец, и он с серьезнейшим видом спрашивает: «Правда, что в СССР по улицам ходят медведи?» Смех :).

— Чуть раньше вы рассказывали о командировках в другие страны. Делегации советских команд сопровождались контролерами от силовых структур?

— Честно говоря, я сначала не обращал внимания. Но потом оказалось, что такие люди действительно выезжали с нами. Когда я однажды спросил, кто это, получил ответ «Надо». И все. Со временем я понял, для чего нужны были те люди.

— Присутствие надсмотрщиков как-то напрягало?

— Меня — абсолютно нет. Я занимался своей работой, они — своей. 

Пиво, Дзофф, «Беларусьфильм»

— Как дался вам переезд в Италию?

— По большому счету, меня мало что удивляло. Причина проста — со сборной СССР мы часто находились сборах. Проводили много времени за границей. И сборы проходили в разных местах. Оттого я легко перестроился после переезда в другую страну. Проблем почти не возникло. Хотя с коммуникацией приходилось трудно. Языка я особо не знал. Итальянцы по-английски разговаривают плохо. А с бытом все было отлично. Мне со старта все понравилось. Проблем никаких не возникло. К тому же бытом всегда занималась жена. Я не любитель ходить по магазинам. А удивляло… Может, в некоторой степени удивляло профессиональное отношение к футболу.

— Можно пояснить?

— Этот момент упоминается в книге, которую мы написали вместе с Дмитрием Беленьким. Команда обедает или ужинает. Игроки без проблем могут выпить бокал красного вина. После выйти и позволить себе чашечку кофе с сигаретой. При этом попросить огонька у главного тренера. В СССР подобное было невозможно.

— В одном из интервью вы рассказывали, как игроки скрывались на балконах с сигаретами, лишь бы никто не увидел.

— Ну, я-то сам не курил.

— А сейчас?

— Давай скажем, что не курю. Иногда могу позволить себе сигарету. Так — побаловаться. Но чтобы сказать, будто я курю, такого нет.

— Сейчас ведете достаточно здоровый образ жизни?

— Почему сейчас? И раньше вел. Хотя образ жизни мог быть еще более здоровым :).

— Ваши слова: привычный стиль отдыха превращался в дополнительную нагрузку для советских футболистов.

— Да.

— И как вы отдыхали?

— Плохо.

— То есть?

«О наших отдыхах очень часто и хорошо рассказывал Юра Пудышев :). Если бы я знал, что у меня появится возможность играть за границей, отдыхал бы получше».

— О наших отдыхах очень часто и хорошо рассказывал Юра Пудышев :). Если бы я знал, что у меня появится возможность играть за границей, отдыхал бы получше. Восстанавливался бы более качественно, меньше бы употреблял алкогольной продукции.

— И что вы пили?

— Тогда подобный стиль отдыха был распространенным явлением во всех командах. Нельзя говорить только о минском «Динамо». А пили мы в зависимости от предпочтений. Кто пиво, кто водку, кто вино.

— Что из этого выбирали вы?

— По настроению и состоянию. Когда был сильно уставшим, то пиво. Иногда мог позволить себе водочки :).

— А в каких местах отдыхали футболисты минского «Динамо»?

— А где можно было отдыхать? Только в ресторанах. Больше ничего не было. Вот мы и посещали гостиницы «Юбилейная» и «Планета». Там находились основные наши рестораны :). Заканчивали матч и тихонько шли. Руководителями подобное времяпрепровождение не приветствовалось, ясное дело… Теперь с высоты прожитых лет понимаешь, что многое было сделано неправильно. Но в то время подобное считалось нормой.

— Жалеете теперь?

— Времени не вернешь. Чего теперь жалеть? Нет смысла. Это пройденный этап, который можно разве что вспоминать и рассказывать о нем молодым. Мол, ребята, у вас теперь совершенно иные возможности, не совершайте наших ошибок. Но, к сожалению, многие предпочитают учиться на собственном опыте, а не на чужом.

— Мы не договорили об удивительных итальянских вещах.

— Первой я упомянул свободу. Итальянцы проводили одноразовые тренировки. Мы же привыкли к двухразовому режиму работы. После переезда появилось очень много свободного времени. Это было непривычно с одной стороны. Но с другой — я оценивал большое количество свободного времени положительно. Мы проводили его с семьей. Это плюс. В СССР я видел домашних много реже. Приехал, вещи бросил, побыл какое-то время, взял чистые вещи, уехал. Расстояния в те времена были неблизкими, потому что и «Динамо», и сборная много времени проводили в разъездах. А если не в разъездах, то на базе.

— Как игроки того времени убивали время в поездках?

— Спали в основном.

— В карты не играли?

— Ну, как же не играли. Карты — неотъемлемая часть досуга игрока :).

— Во что играли?

— В «Джокера».

— Сколько ж лет этой игре?

— Много :). Но карты использовались на базе. В автобусе негде было разложиться. Тогда еще использовались Икарусы. Плюс нужно отметить, что на базе мы часто организовывали турниры по шахматам, бильярду, настольному теннису. Постоянный азарт. К тому же нам привозили фильмы прямо на базу.

— Как это происходило?

— Наш оператор, человек, который снимал матчи, ехал в Минск. За точность не ручаюсь, кажется, на «Беларусьфильм». Брал там эти пленки и привозил нам.

— Как проводили свободное время итальянские футболисты?

— Все от человека зависит, а не от нации. Плюс каждому нужно чем-то заниматься вне работы. Хотя итальянцы — народ тусовочный. Одноклубники любили сходить куда-то вечером. Но главное все равно заключается в их профессионализме. Все ребята знали: если завтра они пойдут на дискотеку, а послезавтра неважно отработают тренировку, это будет плохо. У итальянских игроков было больше ответственности, чем у советских. Хотя сейчас что-то уже поменялось.

— Что?

— Они могут проводить больше времени в ночных клубах :).

— И все равно, сигареты для футболиста — это нормально?

— Ну, лучше, конечно, не курить. Но Дино Дзофф, который тогда возглавлял «Ювентус», ничему не препятствовал. Профессиональный футболист может позволить себе все, что считает нужным. Его задача — хорошо выглядеть во время выполнения основной работы. Если что-то мешает ему соответствовать требованиям работодателя, надо отказаться от этого. Если не мешает — продолжай. В Италии такое отношение к футболу. Я не плачу тебе деньги за то, чтобы ты курил или не курил. Я плачу тебе за то, чтобы ты выходил на поле и выполнял свою работу как следует. А куришь ты или нет, выпиваешь или нет — это твои проблемы. Если не выполняешь на поле должный объем, к тебе будут применены санкции.

— А каким было советское отношение к процессу?

«В Союзе все запрещалось — и пить, и курить. Но наличие запретов провоцирует желание их обойти. Футболистам это удавалось».

— Все запрещалось — и пить, и курить. Но наличие запретов провоцирует желание их обойти. Футболистам это удавалось :).

— В «Динамо» существовала система штрафов?

— Чтобы не ошибиться… Кажется, все упиралось в конкретный матч. Победа — и на твои провинности закрывали глаза. Поражение — по-моему, штрафовали. Выскочило из головы, на сколько.

— Лично вас штрафовали?

— Интересно… В «Динамо» вроде бы не штрафовали. Вообще припоминаю только одно финансовое наказание. По-моему, ко мне применили санкции за удаление, полученное в одном из матчей Серии А. Суммы не помню. Это случилось в 90-м. 23 года прошло :). К тому же в Италии ты не платишь штраф. Просто из зарплаты вычитается сумма наказания.

Мешанина, до свидания, Пеле

— Как вы учили итальянский язык?

— Знаешь, как бывает, не умеешь плавать, а тебя просто бросают в реку со словами «плыви», и смотрят, что из этого всего получится… Вообще, я учил итальянский, играя в карты. Хотя изначально знание языка не входило в мои планы. По очень простой причине — думал, что придется возвращаться. Но потом потихоньку принял решение, что выучить итальянский было бы неплохо. Попросил своего переводчика объяснить мне хотя бы азы. Но он был хитрым парнем. Ну, ведь человек просто потерял бы работу, если бы обучил меня языку :). Поэтому все оттягивалось. Вот я и учился в ночи заездов, играя с ребятами в карты, настольный теннис и бильярд. Ну, не бильярд, а какую-то его разновидность с фишками на столе. Ненормативная лексика, обиходные выражение — постепенно понял все.

— Вы самоучка, получается?

— По большей части, да.

— Самостоятельная учеба как-то повлияла на ваши отношения с переводчиком?

— Нет. Просто, когда всем стало ясно, что общаться я уже могу, его освободили от должности.

— Надо думать, с 1989 года вы прекрасно овладели итальянским.

— Не мне судить.

— Ну, если периодически комментируете матчи на итальянском ТВ, значит, все хорошо.

— Скажем так, неплохо :).

— При этом у вас сохранился хороший обиходный русский. Отвечая утвердительно, вы произносите не «окей» или «да», а «добре».

— Да?

— Да.

— Просто сейчас мы общаемся в семье по-русски.

— А раньше?

— Раньше был микст. Дети учились в итальянской школе. Поэтому в доме была языковая мешанина. Надо сказать, они учили скорее не итальянский, а русский язык. Потому как мы с женой решили, что ребята не должны забывать родную речь. Вот причина, по которой мы говорили с детьми на русском.

— Занятость детей футболом была для вас принципиальной?

— Нет. Абсолютно. По простой причине. Если бы я видел их желание играть, то помогал бы. У старшего сына, к сожалению, компьютер перевешивал. Он хотел играть. Но когда нужно было делать выбор между компьютером и тренировкой, сын чаще отдавал предпочтение компьютеру. Я понял, что нет смысла идти против его природы. В итоге старший выучился на инженера-программиста. У младшего было желание играть. Но… Чего-то не хватало. Может, тренера своего не нашел или команду. Теперь футбол для сына просто хобби.

— Как дети относятся к вашей карьере?

— Да никак.

— В смысле?

— Этот вопрос лучше задать сыновьям :). Потому как мне по этому поводу они ничего не скажут. Причины, наверное, разные… Кто знает, может, в компаниях они и рассказывают, что я играл. Но какого-то восхищения моей карьерой у ребят нет. Все спокойно. Нет, безусловно, сыновья знают, в каких командах я выступал, но это никак не проявляется в хвастовстве вроде «Наш папа такой-то». Они не бравируют моей карьерой.

— Надо понимать, вы тоже.

— Тоже не бравирую.

— Допустим… По итогам опроса к 50-летию УЕФА вы были признаны лучшим футболистом Беларуси за полвека. Как узнали об этом?

— Мне прислали поздравление из УЕФА. Плюс знак с гравировкой «50 лет УЕФА».

— Вы открыли посылку, прочитали письмо, рассмотрели гравюру — и что?

— Подумал: «Ну, хорошо. Спасибо за поздравления».

— Ну, это же круто — стать лучшим футболистов страны за 50 лет.

— Может быть, и круто. Но я этого не почувствовал. Находился ведь в Италии. К тому же поздравлений со стороны Белорусской федерации футбола не случилось. Я был благодарен УЕФА за внимание. На этом история с моим признанием закончилась.

— Отсутствие поздравлений со стороны АБФФ вас как-то задело?

— Честно говоря, сначала задело. А потом… Начал воспринимать все спокойно. Какой смысл держать обиду в себе? Какой с этого толк? И думать нечего. Не поздравили — ничего страшного. До свидания. Каждый идет дальше своей дорогой.

— Слушайте, вы всегда отличались столь развитой способностью сдерживать эмоции и не удивляться?

— Наверное, с годами набрал. По большому счету, уже нечему удивляться :).

— А вообще, персональные признания вас как-то трогали?

— Допустим, мне было очень приятно, когда Пеле пригласил меня на свой день рождения.

— Как это происходило?

«Поздороваться за руку с королем футбола было приятно».

— Не знаю, по каким причинам, но Пеле решил отметить свой очередной день рождения в Италии. Я как раз выступал в этой стране. И вот однажды пришло письмо, мол, мы приглашаем вас на матч в честь дня рождения Пеле. По-моему, играли сборные Бразилии и мира. Я с огромнейшим удовольствием откликнулся. Поздороваться за руку с королем футбола было приятно.

— Вы действительно считаете Пеле королем футбола?

— Ну, Пеле так назвали, я же не буду называть его принцем :).

— Подобные поздравительные матчи хоть на чуть-чуть настоящие?

— Да нет. Это больше шоу для зрителей. Организаторы хотят показать ветеранов футбола, чтобы тех вспомнили. К тому же люди не видели в деле многих легенд. Я вот во время того матча впервые наблюдал за игрой Пеле вживую.

— С каким счетом закончилась встреча?

— Или 4:4, или 5:5. Аккуратненькая такая ничья :).

Брест, ГАИ, голеностоп

— Вас могут узнать на улице в Беларуси?

— Могут. Но могут и не узнать :).

— Часто вас узнают?

— А что значит «часто»? Например, за день меня узнал один человек. Это часто или нет?

— Смотря, с чем сравнивать.

— Правильно говоришь. Первую неделю нынешнего пребывания в Минске я провел в федерации. Практически нигде не ходил. Сейчас — то же самое. Но в аэропорту один человек меня узнал. Он из Бреста.

— И что сказал?

— Сказал, что-то нужно менять в белорусском футболе :). На таможне как-то узнали… А вот случай. Ехал недавно на машине по Беларуси. Звонит телефон. Я подымаю трубку. Вечер. Темно. Навстречу движется машина ГАИ. А дисплей моего телефона как раз светит в ее сторону. Ну, я не обратил внимания. Слышу, машина развернулась. Остановили меня. Гаишник подходит, говорит: «Телефон не мешает? Документы». Я не выступаю, как законопослушный гражданин отдаю документы. Он смотрит: «Так, права». Даю права. Он говорит: «Талон». Даю талон. Он говорит: «Евгенич, надолго или временно?» — «Временно». — «Ну, ладно, лучшего футболиста страны прощаю». Хорошо, что попался человек, который в футболе разбирается :).

— Приятно?

— Конечно, приятно. Таких моментов очень мало. Они помнятся.

— А в Италии вы узнаваемый человек?

— Парадоксально, но в Италии меня узнают чаще.

— Почему?

— Видимо, потому что в Италии футбол более раскручен, больше людей увлекаются этим видом спорта. А в Беларуси все-таки есть проблемы, не связанные с футболом. Плюс я в «Ювентусе» играл. Это дополнительное внимание со стороны итальянцев. Особенно, если ты с туринским клубом что-то выиграл. Кстати, недавно руководители «Ювентуса» приглашали меня на открытие музея славы, который расположен на новом стадионе. Позвали всех игроков, которые брали трофеи с клубом. Вот это действительно тронуло. Еще, помнится, руководители «Ювентуса» обсуждали вопрос по популяризации клуба в Италии. Мне пришло официальное письмо из Турина с просьбой принять участие в соответствующем совещании. К сожалению, в тот момент я был за пределами Италии. Не стыковались.

— А это нормально, что в Беларуси вас узнают меньше, чем в Италии?

— Давай я задам тебе тот же вопрос: «Это нормально?»

— Нет.

— Ну :)…

— Вы так же считаете?

— Я уже считаю, что в Беларуси все нормально. Все, что происходит в нашей стране, — это нормально :).

— Что-то в Беларуси вы считаете ненормальным?

— Я ж уже говорил: приезжаю ненадолго. Мало что вижу. Единственное — замечаю, что город красивый, чистый. Но так и должно быть. Это не что-то удивительное. Может, только для тех приезжих, которые родом из стран с грязными городами.

— В Лечче грязно?

— Да. Но жить там все равно хорошо. Единственная проблема — город далеко от футбольного мира. Все крутится чуть выше по карте.

— Жить в Японии тоже было хорошо?

— В Японии было просто супер. Не ощущал никакого давления, никакого прессинга со стороны журналистов. Просто играл в футбол, получал истинное удовольствие.

— А что такое «прессинг со стороны журналистов»?

— Журналистам нужен результат, нужны постоянные интервью. Они должны все знать и во всем участвовать. Так происходило в Италии. Ты был должен давать интервью после каждой тренировки, после каждого матча. Постоянно-постоянно-постоянно.

— Читали, что о вас пишут итальянцы?

— Поначалу очень удивлялся. Помню, дал интервью в два слова, а на следующий день в газете вышла целая колонка текста. Я спросил переводчика: «Почему так?» — «Не обращай внимания. Это итальянские журналисты. Им нужно заполнять страницы. Главное, чтобы хорошо писали».

— А писали хорошо?

— Да. У меня не было проблем с итальянскими журналистами. Трения могли возникнуть только в случае отказа от интервью. А если ты идешь на контакт с итальянскими СМИ, все отлично. Вот Александр Заваров, к сожалению, не хотел общаться. Оттого журналисты писали о нем не очень хорошо… А в Японии в мою бытность по большому счету не существовало спортивных СМИ. Жил, как в санатории.

— Хотели остаться?

— Хотел, но не получилось.

— Поругались с тренером.

— Да. Тренер сказал, что я не выполняю его требований. Вот и все. А так мне понравилось. Классно было жить. Очень здорово. Но нам еще час нужен для разговора о Японии :). Давай будем закругляться.

— Хорошо. Правда, что вам в детстве запретили играть в футбол?

«В 13 лет я перенес серьезную операцию. Врачи изъяли из моего голеностопа плюсневую кость. Дали изучать ее студентам в мединституте».

— Запретили?.. В 13 лет я перенес серьезную операцию. Врачи изъяли из моего голеностопа плюсневую кость. Дали изучать ее студентам в мединституте. Заменили изъятую плюсневую восемью сантиметрами кости с голени. Потому я год не мог заниматься футболом. Ходил на костылях. Спасибо Олегу Михайловичу Базарнову, который меня всегда поддерживал и говорил: «Давай, возвращайся быстрее, ты нам нужен». Оттого мое лечение проходило проще. Имелся стимул.

— Скажите что-нибудь про белорусский футбол.

— Я пока только разбираюсь в этой теме. Могу сказать только одно: даже при всех негативных моментах, которые на данный момент существуют, надо поддерживать и стараться развивать белорусский футбол. Как бы тяжело ни было.

— С итальянцев брать пример?

— Ну… Желательно :).

+100
Популярные комментарии
dizl
0
Смотрел тот матч на юбилее Пеле в прямом эфире!Помню ,как гордился ,что Алейникова пригласили в СБОРНУЮ МИРА!!!Даже фотки чёрнобелые делал прямо с экрана телевизора))))
Vovanius
0
Однозначно лучший! 77 матчей за сборную СССР - это не кот чихнул! А призы за самый быстрый гол Венгрии на ЧМ и Англии на ЧЕ! Часы, если я не ошибаюсь, Сейко ) По тем временам круто было! У Сергея было все: техника, физуха, видение поля, удар. Вспомнилось, играло Динамо с кем-то из южных команд, Алень идет вперед и метрах в 25 от ворот соперника получает пас из глубины . Пас идет неудобно, в спину. Сергей пяткой на скорости перебрасывает через себя мяч вперед и мощно бьет в касание в нижний угол. Гола не было, кипер потащил. Но этот момент по эстетике был круче гола! И подобных моментов у него было немало. Отличные игроки очень редко становятся классными тренерами, но все равно в Италии его любят и уважают. Удачи ему! p.s. Эх, где та пышная шевелюра :))
IgorPistols
0
То, что Алейников не сделал ничего значимого для Беларуси после карьеры игрока виноваты исключительно Советская Белоруссия, многочисленные памятники Ленину и застойные беларуские мозги... (и молодец Сергей, что себя реализует)
Написать комментарий 26 комментариев
Реклама 18+