Реклама 18+

«Просыпаюсь ночью, а рядом Горбунов сидит в перчатках»

Антон Матвеенко и подкаты на дорожке для боулинга, Бернд Штанге и футбол на пляже в ОАЭ, Валерий Стрельцов и багажник пива, Александр Павлов и пять лет игры на баяне, а также много чего еще. Александр Быченок гарантированно повысит содержание эндорфина в вашем организме. Новичок «Гомеля» потратил часть своего выходного, чтобы дать Никите Мелкозерову большое интервью, которое стоит прочитать хотя бы ради прекрасной истории о Юрии Вергейчике и стаде баранов.

Александр Быченок,  Александр Быченок вспоминает, как Роберт Маскант с пеной у рта мог выказывать свое недовольство игрокам «Динамо» Яков Терешенков

Антон Матвеенко и подкаты на дорожке для боулинга, Бернд Штанге и футбол на пляже в ОАЭ, Валерий Стрельцов и багажник пива, Александр Павлов и пять лет игры на баяне, а также много чего еще. Александр Быченок гарантированно повысит содержание эндорфина в вашем организме. Новичок «Гомеля» потратил часть своего выходного, чтобы дать Никите Мелкозерову большое интервью, которое стоит прочитать хотя бы ради прекрасной истории о Юрии Вергейчике и стаде баранов.

— Сколько теперь в «Гомеле» могилевских ребят?

— Я, Комаровский, Матвеенко. Есть еще администратор Юра Стадольник из Могилева. Пресс-атташе наш из Мстиславля. Но это тоже Могилевская область. Пять получается. Алексей Меркулов называет нас могилевской мафией.

— Как ты оказался в «Гомеле»?

— В октябре прошлого года Евгений Поболовец приезжал в Минск. Мы встретились. Директор спросил, какие у меня варианты на будущее. Сказал, что разговаривал с главным тренером, что они подбирают команду на следующий сезон. Предложил: «Если у тебя есть желание, вернемся к этому разговору в декабре». Я ответил: «Давайте вернемся. А там посмотрим, как сложится». Все. В январе переговорили, подписали контракт.

— А что «Динамо»?

— Мой контракт с «Динамо» действовал до 2 января. В ноябре поступило предложение его продлить. Время подумать еще было. Периодически созванивались с Сергеем Павлюковичем. Он спрашивал: «Как ты? Что ты? Какие варианты есть?» То есть давал понять, что не против продолжения сотрудничества. Но, наверное, больших надежд на меня как на игрока основного состава никто не возлагал. Короче, особого желания переподписывать мой контракт не было. Напора и настойчивости я не почувствовал. Может, меня и хотели оставить для количества, для подстраховки. Но на определенных условиях.

— Каких?

— Если бы переподписал контракт, условия бы ухудшились.

— Сильно?

— Да нет, несильно. В «Динамо» сейчас основная ставка делается на премиальные. Есть лестница мотивации. С каждой последующей победой премия становится больше. То есть серия выигрышей дает увеличение заработка.

— У тебя есть какая-то обида на «Динамо»?

— Если тебя хотят видеть в команде, тренер может звонить по пять раз на дню и постоянно повторять: «Саша, ну давай, давай, давай». Директор набирает, спрашивает: «Ты решился?» Предлагает подписываться. Это одно дело. И совершенно другое, когда раз в неделю поступает звонок: «Ну что ты? Как ты? Может, определился? Может, к нам?» Вот и вся разница.

— Осадок остался?

«Я провел в «Динамо» прекрасных три года. Как они могли получиться плохими, если меня в команде все устраивало, и я всех любил, сохранив прекрасные отношения с работниками клуба?»

— Никакого. Я провел в «Динамо» прекрасных три года. Как они могли получиться плохими, если меня в команде все устраивало, и я всех любил, сохранив прекрасные отношения с работниками клуба?

— Алексей Меркулов тоже встречал тебя на вокзале?

— Савостьянова встречал. Меня — нет. Я сам спокойно доехал :). Вообще, меня очень хорошо приняли. Знаешь, атмосфера такая, будто я не первый год в команде. Времени на адаптацию почти не потребовалось. Надо только привыкнуть к требованиям Меркулова, понять, во что мы собираемся играть. Наверное, меня будут больше использовать в центре поля. Это хорошо. А то в «Динамо» играл и левого полузащитника, и правого. При Масканте вообще провел матч с «Шахтером» правым защитником. На всю жизнь запомню.

— Понравилось?

— Чувствовал себя вроде неплохо. Не проиграли. Правда, иногда, сидя на лавке, не знал, на какую позицию меня выпустят. С определенностью намного проще. Если четко знаешь, что играешь в центре, до начала матча прокручиваешь возможные ситуации и лучше подготавливаешься.

***

— Советовался с могилевскими игроками «Гомеля» по поводу перехода?

— Мы с Антоном Матвеенко вместе отпуск проводили. Да и без того постоянно были на созвоне. Глобальных советов от Антона мне не требовалось.

— Почему Матвеенко называет тебя TripAdvisor?

— Мне интересны путешествия. Сижу на тематических сайтах, отзывы читаю. Мы с Антоном часто куда-то ездим. И организацией нашего отдыха занимаюсь я. Билеты, гостиница, маршрут — все на мне. От Матвеенко требуются только согласие и деньги.

— А если бы организацией занимался Матвеенко?

— Тяжелый вопрос… Жена его может все организовать. А с Антошей, мне кажется, будет тяжело. Можем попасть не в ту страну :).

— Каким Матвеенко был в детстве?

«Еще ни разу Матвеенко не ушел от меня, не забыв чего-то. Это обязательно. Сумка, ключи, подзарядка — что-то остается у меня дома».

— Мотя… Таким же, как и сейчас. Все время что-то терял. Поехали на турнир. Зима. Мотя забывает шарфик и шапку, даже не почувствовав холода. Едем на другой турнир. Антоша оставляет кофту и игровую майку. То же самое и сейчас. Еще ни разу Антон не ушел от меня, не забыв чего-то. Это обязательно. Сумка, ключи, подзарядка — что-то остается у меня дома.

Ездили мы как-то с Мотей в Арабские Эмираты. День вылета. Прихожу к нему в номер. Говорю: «Ты собрался?» Говорит: «Собрался». — «Все на месте?» — «Все на месте». А билеты сейчас электронные — то есть распечатка на листе А4. Говорю: «Билеты у тебя?» Антоша: «Какие билеты?» Показал ему свой. Мотя полез в мусорное ведро доставать. Оказывается, уже успел смять распечатку и выкинуть :).

— Как вы школу прогуливали?

— По отдельности. Я на год старше учился. Помню, в классе шестом-седьмом прогулял 27 дней школы. Сентябрь. В первую смену должен был учиться. Во вторую — тренироваться. В итоге ходил на футбол в обе смены. Говорил тренеру, что у меня двух уроков нет. В дневнике делал красоту. Ставил себе плохие отметки, чтобы родителям показывать.

И вот в один прекрасный день шли мы с мамой в магазин. Навстречу одноклассница. Говорит: «Здравствуйте, а почему Саша так долго в школу не ходит?» Мама: «Как не ходит?!» Вот и все.

Вызвали нас с мамой на совет при директоре. Меня спросили: «Саша, почему ты не ходил в школу?» Я говорю: «Ну, не ходил…» — «А чем ты занимался?» — «В футбол играл. На тренировки ходил». — «Так ты же во вторую смену ходишь». — «Я на две ходил». И директор вместо того, чтобы мне вставить, наоборот, похвалила. Сказала: «Вот видите, мальчик не по подвалам лазит! А к чему-то стремится — вон, в футбол играет!»

Кстати, в тот период я как-то оставил свой рюкзак с учебниками в подвале. В подъезде дома своего. Чтобы не мешал. Возвращаюсь. Нет ни учебников, ничего. Мама спрашивает: «Саша, где рюкзак?» Отвечаю: «Мама, играли  в футбол. Я рюкзак поставил вместо штанги. И потом забыл о нем. Вернулся, а ничего нет». Правда, потом рассказал правду… Кто-то увел мои книжки :).

— Александр Павлов рассказывал, как ты давал мастер-классы в Белыничах.

— Ну да. В Белыничах у меня бабушка, дедушка и тетя. Летом у нас иногда тренировок не было. Я отправлялся в Белыничи. Тренировался с местными ребятами. Сашей Павловым, Пашей Пласконным. Иногда даже играл на область.

Потом Саня переехал в Могилев учиться в РУОР. Одаренный мальчик, отличник, рыженький такой. Пять лет на баяне играл. Пришел на первую тренировку в рубашке, застегнутой до последней пуговицы. Был простым деревенским мальчиком :).

«В РУОРе жили с Павловым вместе. Дважды даже дрались на тренировках».

В РУОРе жили с Павловым вместе. Дважды даже дрались на тренировках. Он за одну команду играл. Я — за другую. Подеремся, помню, тренер оттащит, к концу дня миримся. Саша за пределами поля очень спокойный человек. А на поле импульсивный.

— Ты был свидетелем на свадьбе Павлова.

— Павлова, Радькова, Горбунова…

— Чья свадьба больше всего запомнилась?

— А у футболистов всегда веселые свадьбы. Мы ж такой народ. Нас не надо раскручивать на что-то. В конкурсах участвуем по своему желанию. Гостям нравится. Нам — тоже. Знаешь, столько свадеб было, и ни одной грустной не помню :).

В отпуске вот ездили в Лиду к Сереге Политевичу. Хорошая свадьба. Из футболистов «Динамо» были я, Молош, Гутор и Корзун. Интересно получилось. Корзун сначала боялся поздравить Сережу на людях. Хотел свою речь на листок записать. Чтобы ничего не забыть и не волноваться перед публикой. В итоге к середине торжества Никита уже и пел в одиночку на сцене, и танцевал :). Разгулялся парень.

— Правда, что ты очень любишь споры?

— Возможно… Карты, теннис, бильярд, боулинг — если играю во что-то, стараюсь делать это не на интерес. На пляже в Эмиратах у меня проигравшие ходили в пуховиках. В бильярде кувыркались. Еще иногда проигравший под столом ползает. На дорожке в боулинге тоже кувыркались. И я, и Антон. Подкаты там же делали. Так интереснее.

Матвеенко в Египте проспорил однажды. Бассейн. Вокруг него лежаки с матрасами. Мотя должен был собрать все эти матрасы в одну кучу. А их там что-то около 50. И вот картина. Мотя собирает матрасы, а за ним бегает чудак из отеля и пытается вернуть все на место :). Но Антоша — молодец. Исполнил в итоге желание.

Потом в карты играли. Антоша снова проиграл. Придумали развлечение. Мы выбираем Матвеенко ужин, он должен все съесть. Нашли что-то зеленое и непонятное. Горох какой-то, даже смотреть страшно. Отвратительно. Мотя все съел. А потом признался: «Если бы вы мне наложили отварных овощей, я бы не смог». Не угадали чуть-чуть.

По-моему, Антон еще раз проиграл. Нужно было встать в пять утра и отправиться плавать в бассейн. Я это дело контролировал. Тоже поднялся в пять. Вышел на балкон. Смотрю, человек плывет. Значит, спор закончен :).

«В детстве я фокусы любил. Три карты. Две черные, одна красная. Человек выбирает карту. Я раскидываю их движением руки. Он пытается найти свою. У меня получалось, как у кидал из 90-х».

А в детстве я фокусы любил. Три карты. Две черные, одна красная. Человек выбирает карту. Я раскидываю их движением руки. Он пытается найти свою. У меня получалось, как у кидал из 90-х. Выиграл у ребят немного денежек. Лет по 12 нам тогда было.

***

— Твой профессиональный футбол начался с Валерия Стрельцова.

— При Валерии Ивановиче «Днепр» все время играл в высшей лиге. Как только Стрельцов ушел в «Динамо», команда вылетела. Вот тебе и показатель.

Да, свой первый контракт заключал при Валерии Ивановиче. На каникулах ребятам 1984 года рождения сказали, чтобы приехали на базу. Их собирались просматривать в дубль. А меня попросили годик подождать. Я отдыхал. Лето, каникулы. Пошел в футбол играть на школьный стадион. Тут останавливается машина. BMW семерка, старая. Там Валерий Иванович. Говорит: «Молодой человек, а чего это ты не на тренировках?» — «Мне сказали, что не надо». — «Кто сказал? Я? Чтобы завтра был на базе». Ну, я послушался. Полгода провел за дубль. И в следующем сезоне дебютировал в основе.

— Как все прошло?

— Меня отец чуть-чуть подтравливал: «Вон твои друзья уже в первой команде, а ты даже за дубль толком не играешь». Я ему ни о чем не говорил. На выезде играли с «Торпедо» из Жодино. Я попал в 18. Уступали 0:2. В конце меня выпустили минут на 20. Следующий матч проводили дома. Против «Шахтера». Отец пришел на стадион. А я в основном составе! Интересно получилось.

— У Валерия Стрельцова, говорят, аура какая-то очень мощная.

— Говорил всегда убедительно. Ты мог идти к нему в кабинет уверенным, что контракт продлевать не станешь, а выходил с новым соглашением.

Психолог сильнейший. Проиграли в Минске 1:5 «Торпедо-МАЗ». Ехали домой. А все жутко боялись Валерия Ивановича. Думали, будет разнос. И тут он остановил автобус: «Проводим собрание». Подумали: «Ну, все — сейчас вставит». А Стрельцов открыл багажник, достал оттуда пиво и раздал каждому по бутылке: «Ребята, все это херня! Соберемся и в ближайшем матче победим». Три следующих игры действительно закончились в нашу пользу.

Сильный духом человек. И тренировки у него всегда были тяжелыми. На предыгровой мог дать прыжки — лягушки, барьеры. Назавтра ходить было трудно. С утра в день матча иногда проводил тренировки. А потом говорил: «Через шесть часов будет суперкомпенсация, и вы побежите»… Иногда бежали, иногда нет :).

— Самый жесткий разнос в твоей карьере?

«Стрельцов заходит в раздевалку после матча: «#б твою, что ты там на воротах этих стоишь?!» Перевернул бадью с чаем со злости. «Ловить будешь?!» — и кинул бутылкой в Горбунова».

— В Бресте было. Нам пробивали штрафной. Мяч отлетел от груди Андрюхи Горбунова. Брестчане добили — гол. Валерий Иванович заходит в раздевалку после матча: «#б твою, что ты там на воротах этих стоишь?!» Перевернул бадью с чаем со злости. «Ловить будешь?!» — и кинул бутылкой в Горбунова.

Овчинников после какой-то игры: «Во что вы играете?!» И как даст по железному ящику для формы со всей силы ногой. Штуковина эта отлетела на три метра… Маскант мог реветь на английском с пеной у рта.

— Вы понимали?

— Слов иногда не разбирали, но понимали, что человеку не все нравится :).

— С «Днепром» вы устроили памятный евротур в 2010-м.

— Ехали сутки из Чехии. Жара, лето, домой хочется. Колесо лопнуло. Полдня простояли. Хотя потом нас болельщики красиво встретили. Понравилось.

В Норвегии было поинтереснее. Жили на окраине. Захотелось на центр Осло посмотреть. Все жутко дорого. Проезд в автобусе стоит пять евро. Но мы сказали, что ничего не понимаем и ездили бесплатно. В центре как раз расположен стадион «Стабека». Там «Евровидение» проводили после победы Александра Рыбака. Крыша не открывается. Жарко, душно, искусственное поле.

Мы тогда травили Руслана Копанцова. У него статистика была что-то вроде: 16 пенальти — 16 пропущенных. Говорили Руслану: «Ну, это твое. Ты — король пенальти :)». И вот приехали играть в Норвегию. Копанцов два потащил в одном матче.

***

— В твоей карьере было три иностранных тренера?

— Все у них одно и то же. Не в плане тренировок, а в плане общего подхода. Отработал — и спокойно смотрит на команду со стороны. А наши тренеры подойти могут, спросить о делах, поговорить. Личного контакта как-то больше. Европейцы посвободнее.

— Ты как-то назвал Бернда Штанге веселым немцем.

— Было дело. Мы у него с Максимом Жавнерчиком пели песню дебютанта. «Команда молодости нашей» :). Ребятам понравилось. Нам аплодировали. В позапрошлом году поехали в ОАЭ на сбор. Большинство ребят полетели на Москву. Нас осталось человек восемь. Нужно было ждать рейс до Минска. Так вместо тренировки мы отправились на пляж и стали играть в футбол. Поделились пять на пять, майки вместо штанг положили. Штанге, Ирмшер, массажисты — все играли. Красота :). Что еще в ноябре нужно, когда дома холодно?

— С кем вы соседствовали в сборной?

— А с кем поселят. С Егором Филипенко жили. С Темой Радьковым.

— Самый веселый сосед в твоей карьере?

— Ты знаешь, в «Днепре» мы жили с Саней Павловым. В Солигорске три года и на сборах, и на выездах — с Максимом Гуйкайло. В «Динамо» — с Олегом Веретило. То есть наблюдалось какое-то постоянство.

«Горбунов — специфическая личность. Раньше было так: тот, кто селился с Андреем, получал травму. Однажды поехали в Новополоцк. Горбунов почему-то поселился со мной. И руку сломал».

А вообще, Горбунов — специфическая личность. Раньше было так: тот, кто селился с Андреем, получал травму. Мы подкалывали его по этому поводу. Однажды поехали в Новополоцк. Горбунов почему-то поселился со мной. И руку сломал… Потом я перешел в «Динамо». Однажды нам объявляют: «Комната: Быченок и Горбунов». Андрей сразу закричал на администратора: «Ты что? Я не буду с ним жить! Выселяй меня!» Так мы начали соседствовать с Веретило :).

— Самая веселая комната в Стайках?

— Наша. В блоке было две комнаты. В первой — Стас Драгун, Олег Веретило и Серега Политевич. Во второй — я, Миша Афанасьев и Андрей Горбунов. Собирались, в карты играли. Но Горбунов все равно специфический.

— Почему?

— Просыпаюсь как-то в два часа ночи, Горбунов сидит в перчатках на кровати. «Андрюха, что ты делаешь?» — «На перчатки смотрю». Вратарь :). Хорошие они, интересные люди.

Сережа Игнатович вот из «Березы» вернулся в прошлом году. После тренировок вратарям обычно пробивают серию ударов. Метров с 16-ти. И начинается спор. Вратарь делает ставку, говоря, сколько максимально пропустит. Играли обычно на кувырок. А тут он говорит: «Не бейте сильно. У меня перчатки последние». Я предложил: «Давай если мы два забьем, ты перчатки свои отдашь. Если не забьем, скинемся и новые тебе купим». В итоге мы победили. Забрали перчатки. Володе Хващинскому отдали их на сохранение. И потом травили тренера по вратарям: «Саныч, забрали у твоего бойца последние перчатки :). Чему ты их учишь?»

Вратари — это вообще прекрасно. Вот Саша Сулима. Мой хороший друг. Очень часто созваниваемся. Все говорят, у голкиперов пуля в голове. А Сулима не такой. У человека свой взгляд на жизнь, с ним очень интересно.

В Могилеве жили как-то вместе с Русланом Копанцовым. Так он может все сделать своими руками. Радио починить, проводки так соединить, чтобы в комнате музыка начинала играть, когда дверь открывается.

Саша Гутор — самый добрый вратарь, которого я знаю. Животным помогает. У него в машине всегда корм лежит. Если едет и видит собаку, останавливается, кормит. Помогают они с женой животным. В соцсетях постят объявления о найденных песиках. Себе вон взяли собаку из приюта.

— Кто из легионеров оставил самые яркие впечатления?

— Бразильцы — самые веселые. Помню, едем на игру. Кто-то в интернете сидит. Кто-то читает. А Леонардо стоит посреди салона в наушниках и поет, пританцовывая: «Nosa, nosa». Носа-шмоса :).

***

— Чем запомнились четыре месяца, проведенных в Казахстане?

— Жарой. Когда встаешь в семь утра, а на улице уже +35, это весело.

Я только-только приехал в Казахстан. Мы готовились к гостевому матчу. Нужно было лететь в Кызылорду. Работали в Алма-Ате. И так жарко, а мы тренировки проводили в полдень. Самое пекло. На искусственном поле. Нас испанец тренировал. Я у ребят спрашивал: «Он что, вообще без головы?» Оказалось, это мы так готовились ехать к «Кайсару» в Кызылорду.

«Приземлились. Открывается дверь самолета. И меня обжигает горячим-горячим воздухом. Как будто в сауне. +40 — все плавится. Выходим. Пустыня. Аэропорт».

Потом объявили, что мы летим туда не за день, а непосредственно в день матча. Полуторачасовой перелет на чартере. Приземлились. Открывается дверь самолета. И меня обжигает горячим-горячим воздухом. Как будто в сауне. +40 — все плавится. Выходим. Пустыня. Аэропорт. Вокруг ни одного человека. Потом подали автобус.

В Кызылорде на стадионе резиновые дорожки. Так их поливают, чтобы большее испарение шло. Жестко, конечно… 1:1 сыграли.

— Доволен своей побывкой?

— Ожидал худшего. А оказалось нормально. Люди очень дружелюбные. К легионерам казахи относились хорошо. Иностранцев в команде было семь. Шотландец. Три испанца. Серб Марко Джорджевич, который сейчас на просмотре в «Немане». Хорват Йосип Кнежевич, которого «Амкар» в аренду отдал. Ну, и я.

Закончился второй круг чемпионата. Команду собрали в ресторане. Красивый такой, в горах находится. Командный обед. У нас в Беларуси подобное не практикуется. Приезжают все тренеры, игроки, президент клуба Кайрат Боранбаев. Человек, кстати, очень понравился. Я привык, что в Беларуси председатель клуба вне зоны твоей досягаемости. А там президент мог подойти и спросить: «Саша, как дела? Может, проблемы? Может, помощь моя нужна? Давай подъеду. Может, в город тебя свозить, показать тут все?» Очень позитивно.

В общем, командный обед. Стол буквой «П». Все легионеры должны были произнести тосты на родных языках. Мы спиртное не пили, но тостовали. Встает шотландец, говорит. Вслед выходят артисты с волынками. Красиво. После тоста испанцев посмотрели на танго. Пожелание сербов и хорвата — выходят люди в национальных костюмах их стран, что-то поют. Не знаю, откуда все это в Алма-Ате. Последним говорил я на белорусском. И тут на сцене появляются люди в наших национальных костюмах. Звучит «Касiў Ясь канюшыну». Очень необычно.

— Ты рассказывал, что у испанского тренера была какая-то сложная система штрафов.

— Была. Но я ни разу не платил. Правда, при испанце пережил свой самый тяжелый этап карьеры в плане графика. Допустим, две тренировки. В 7:40 надо быть на базе. Я просыпался в 6:45 с помощью будильника. По Беларуси, получается, вставал в 3:45. Жутко просто. Выспаться не мог, пока не адаптировался.

В общем, 7:45. Медконтроль. Доктор объясняет, какие майки и шорты сегодня нужно носить. Плюс требовалось сказать ему о своем самочувствии. Четыре возможных ответа: хорошее, плохое, удовлетворительное, отличное. Потом взвешивание. В 8:00 завтрак. Если опоздал — штраф. Пришел не в той майке — штраф. Опоздал и пришел не в той майке — мегаштраф, вообще беда.

Покушал. В 9:00 мы шли в большой зал, ложились на коврики беседовать с психологом. Он командовал: «Расслабили, левую руку. Расслабили правую ногу. Почувствовали силу». Психолог, одним словом. Потом отъезд на тренировку. После тренировки еще одно взвешивание. Обед.

Затем, возможно, отдых. Но чаще проводился анализ предыдущего матча или разбор соперника на будущую игру. В пять — вторая тренировка. В семь заканчивали. И испанец мог назначить на половину девятого командный ужин. Приходилось оставаться и ждать. Домой возвращался в десять вечера. А вставать в шесть… Вот это был просто маразм. Хотя иногда нам давали по семь выходных. В моей карьере такого больше не было.

***

— Правда, что Юрий Вергейчик называл  игроков «Шахтера» стадом баранов?

— Было такое. «Шахтер» на протяжении, наверное, 10 лет ездит на сборы в один и тот же отель в Сиде. Там поля. Рядом баранов пасли. Юрий Васильевич, когда злился, говорил: «Проще им объяснить, как играть, чем вам».

«Андрей Леончик предложил скинуться на картину. Скинулись. Картина. Поле. Стоит Вергейчик в овечьей шубе и папахе. С тростью — типа пастух. Вокруг стадо баранов с нашими лицами».

Близился день рождения Вергейчика. Андрей Леончик предложил скинуться на картину. Скинулись. Картина. Поле. Стоит Вергейчик в овечьей шубе и папахе. С тростью — типа пастух. Вокруг стадо баранов с нашими лицами. И собаки — ассистенты тренера. Перед тренировкой поставили эту картину в холле. Он пришел. Посмотрел. И почему-то с тех пор больше не называл нас стадом баранов :).

— Что за история про Scheiße?

— «Юра, Scheiße»?

— Да.

— Вергейчик рассказывал, как он играл в Германии. Говорит: «Ставят меня центральным защитником. А я подключаюсь — один забиваю, второй, третий, четвертый, пятый. И тут тренер такой: «Юра, Scheiße!» Типа: «Успокойся, тебе надо центральным защитником играть». А я пятерочку закинул».

Юрий Васильевич любил истории. Если у игрока случалась травма, он обязательно комментировал: «Да я с этой травмой играл в 91-м. Ничего страшного». На каждый год у него была история.

Они очень смешно спорили с Анатолием Ивановичем Боговиком. «Юра, где ты играл? Какая Бельгия? Вот я чемпион Союза в составе киевского «Динамо». Вот это уровень». А Василич не мог промолчать: «Когда вы там играли? Там такое время было, что Беккенбауэр вас со сломанной ключицей всех обыгрывал!»

— Какими были разборы матчей от Вергейчика?

— Упал однажды, показывая вратарям, как надо мяч ловить.

— Как?

— По-моему, после финала Кубка с МТЗ-РИПО это было. Гаеву, наверное, Юрий Васильевич пихал: «Б##, ну что ты, не мог словить? Да возьми, упади, выручи!» И тут как прыгнет… А мы в холле на базе. Пол твердый. Хотелось смеяться — выглядело это очень смешно, но сдерживались :). Тот разбор длился что-то около двух часов сорока минут. Юрий Василич жил игрой. Вергейчик мог остановись запись на четвертой минуте и рассказывать про нее полчаса.

+108
Популярные комментарии
sandro915
0
Быча и мотя - парочка полупьяных бразильцев) В гомеле будет весело)
andrei.ilenya
0
Спасибо.
Ответ на комментарий MitchelSalgado
потому что руор у него был могилевский
IgorPistols
0
Позитивище и опытище, хорошее приобретение
Написать комментарий 14 комментариев
Реклама 18+