Все новости

«В раздевалке после «Гомеля» творился трэш»

30 марта 2013, 16:33
4

Ловить шайбы Александр Бородуля учился сам Два с половиной года назад Эдуард Занковец наградил Александра Бородулю лестным отзывом: «Этого вратаря белорусский хоккей ждал довольно долго». В 2013-м 21-летний голкипер системы «Юности» здорово проявил себя в матчах плей-офф ОЧБ и получил приглашение в национальную сборную. Первопроходец новой рубрики Goals.by вспомнил историю о том, как шел в кино, а попал в хоккей, признался, у кого позаимствовал маску, и рассказал много интересного о себе и старте своей карьеры. — События плей-офф ОЧБ некоторые называют «мартовским безумием». Давай вспомним, что же произошло в начале месяца? — Утром 5 марта у нас была раскатка, после которой поехали отдыхать по домам. Нам позвонили в середине дня и сказали, что сегодня мы будем играть против «Гомеля». Помню, подумал тогда: «Что к чему?» Конечно, был шокирован, ведь вечером должны были выходить на лед в МХЛ. С другой стороны, выступить в плей-офф — это же здорово! В общем, мало что понимали в тот момент — одних снимают, других заявляют... В итоге сыграли десятью хоккеистами. — Десятью? — Да! Один из парней был травмирован и вообще не появлялся на льду, второй играл со сломанным пальцем. В общем, так у нас начался плей-офф :). — Впоследствии объяснили, как так вышло? — Говорили лишь, что вэхаэловскому составу играть в ОЧБ нельзя, а хоккеистов того «Юниора», который выступал в чемпионате, уже невозможно заявить. Вот и пришлось задействовать тех, кто проходил в МХЛ. Какая-то мутная ситуация. — Выступили в итоге недурно. — Точно. Может, со страху :)? Вышли вдесятером на раскатку перед матчем, а на противоположной половине площадки катается полная команда «Гомеля». Глянул на Андрея Владимировича — он стоит, смеется. Вышли какие-то детишки. Думаю: «О-о, сейчас поиграем» :). Но в итоге достойно получилось. — Особенно пятый матч. — Я до сих пор не знаю, как мы выиграли! В раздевалке творился трэш — все орали, прыгали, клюшками гремели! Обыграли всухую одного из фаворитов чемпионата в пятом матче серии нигде не светившейся и невостребованной молодежью... Уф-ф! — После анализировали, за счет чего? — Сыграли так, как было нужно. А вообще, нет, не анализировали. Выиграли и выиграли. Молодцы. Звери :)! — Ты потом сказал, что эта победа — самая значимая в твоей карьере. Сейчас, когда эмоции схлынули, повторишь? — Да, пожалуй. Не могу припомнить, чтобы я что-то такое уж значимое выигрывал. Здесь же пусть и первый раунд плей-офф, а не финал какой-нибудь, но это действительно сильная победа, которую буду помнить очень долго. Еще и на ноль отыграл! — Ты в этом сезоне в трех лигах поиграл. Где больше понравилось? — В ВХЛ было интересно, потому что это новый турнир, новые соперники. МХЛ в расчет не беру — мне 21 год и играть в этой лиге было ужасно. — Почему? — Да потому что против тебя на лед выходят детишки по 16 лет, «масочники». Еще ведь и забрасывают... В общем, никакой радости это не приносило. Другое дело ОЧБ. Даже несмотря на то, что нас туда неожиданно заявили, я очень рад этому опыту. Иначе уже давно закончил бы сезон, сидел все это время, маялся, ничего не делал. Не сыграл бы в крутых интересных матчах. Не обыграл бы «Гомель», в конце концов. Так что все очень здорово вышло. — Команда не провалилась, ты сумел заявить о себе. Самооценка не взлетела? — Нет, конечно! Для меня это было действительно важно — доказал, что умею что-то ловить. В МХЛ уже и не знаю, кому и что нужно было показывать. Сложно там оказалось. — Из-за чего в первую очередь? — Во-первых, из-за возраста. Во-вторых, уже третий год в этой лиге — как-то приелось все, не было дополнительного стимула. В ОЧБ же выходить в плей-офф против «Гомеля» или Жлобина одно удовольствие. Это не только шанс проявить себя, но и дополнительная мотивация. — Сейчас много спорят об МХЛ. Выступление там идет на пользу? — Да, бесспорно. Я там подзадержался, конечно, но для тех ребят, которые начали играть только в этом сезоне или начнут в следующем это большое подспорье, это интересно. Они могут поездить по России, посмотреть, многому научиться. — То есть, ты за то, чтобы выступать там как можно большим количеством команд? — Верно. — С нашей «вышкой» МХЛ не сравнить? — Сложно рассуждать об этом, потому что не очень хорошо знаком с нашими реалиями. Но вряд ли у нас есть команды вроде Мытищ или ЦСКА, где играют индивидуально сильные ребята, хорошо оснащенные технически. У них многому можно научиться, это помогает расти. По крайней мере, стать на ступеньку выше. — Тяжелые выезды сложно переносить? — Привыкаешь — никаких проблем. Тем более сейчас разделили команды по дивизионам, поэтому очень дальних выездов как таковых и не было. — А раньше? — Хабаровск! Туда только летишь шесть или семь часов. По прилете почти сразу на лед — в семь утра ты в городе, а в 12 уже играешь. Вот это реально сложно. Но тяжелее всего ребятам приходилось в ВХЛ. Я-то всего пару выездов зацепил, но парни об этом много рассказывали. — Говорят, по-настоящему вырасти можно, попробовав свои силы за океаном. Думал об этом? — Да, и с удовольствием записал бы эту страничку в свою биографию. К сожалению, возможностей не представилось — никто не зовет особо. Если и ехать, то в минорные лиги и пробиваться наверх. Даже Андрей Мезин, когда тренировался у нас летом, говорил, чтобы молодых 19-20-летних вратарей отправляли за океан. Как минимум потому, что там за сезон проводишь по 80 матчей — наиграешься будь здоров! Но без каких-либо связей попасть в Америку практически нереально. — Агент у тебя есть? — Нет, в том-то и дело. Никто мне ничего не советовал, не рассказывал про это, не гнал. Ребята, которые уезжали в Северную Америку, делали это через агентов. Впрочем, многие все равно возвращались назад. — Что насчет тренинг-кэмпов? — Пару раз бывал в Подмосковье, в Дмитрове — там проводились вратарские сборы. В ближайших планах поездка в Швецию. Осталось чуть-чуть денег подкопить. — А что там? — Хенрик Лундквист организует недельный кэмп. Для персонального роста было бы неплохо. — Дорогое удовольствие? — Тысяча евро за семь дней. Это без перелета. — «Юность» – одна из немногих команд экстралиги, где есть тренер вратарей. Насколько важна работа с персональным наставником? — Ну, начнем с того, что Алексей Щебланов — тренер первой команды, и я, к сожалению, имею возможность работать с ним только в те моменты, когда нахожусь в ее расположении. А к сожалению — потому что это на самом деле очень помогает. Мы выходим на лед за 15 минут до начала общего занятия, делаем специальные упражнения с упором именно на мое амплуа. Чисто с вратарями хорошо поработали летом в предсезонке, которую я прошел с основной командой. В МХЛ такого тренера у нас нет. Выходим на лед и пинаем шайбу со всеми. — Как ты вообще начал ловить шайбы? — О, это забавная история. Мне было, кажется, лет шесть. Мы с отцом решили сходить на какой-то мультик в кинотеатр «Аврора», что на Притыцкого, но там не оказалось билетов. Гуляли по той местности, заглянули в ледовый дворец. Я увидел, как на льду катаются ребятишки, и закричал, что хочу туда. На следующий день уже был в секции. — А шайбы? — Вначале, как и все, катался в поле. Нас было много, мы гоняли по льду, бросали шайбы по пустым воротам. В один момент мне перестало нравиться, что в мои залетает как-то чересчур много. Я стал в рамку и начал их отбивать. С тех пор вратарь :). — Ха-ха, крутая история. Никогда не надоедало? — Нет, никогда. — А в какой момент понял, что хоккей — это на всю жизнь? — Да как-то постоянно относился к нему серьезно. Это хорошо, круто, интересно. Не припомню, чтобы мне надоедало, чтобы хотел закончить. А лет в 15 окончательно пришло осознание, что можно играть в сильной команде, быть знаменитым, благополучным в финансовом плане. Стал больше задумываться о карьере. — Учебе занятия не мешали? — Не сказал бы. Хотя когда лет в 16 попал в «Юниор», ни о какой учебе речь, само собой, не шла. Или ты играй, или учись. — О высшем, получается, даже не задумывался? — Почему же? Сейчас я студент. — Дай угадаю — БГУФК? — Снова мимо. Смоленская государственная академия физической культуры, спорта и туризма. — Звучит круто, но зачем так далеко? — Предложили поступить именно туда — легче совмещать хоккей и учебу. Само собой, заочка. Специальность? Тут ничего оригинального — тренер по хоккею. — Тренироваться ты начал на Притыцкого, а как попал в систему «Юности»? — Первые полгода работал на две секции, ходил еще и в Парк Горького. Потом пришла пора определяться с чем-то одним. В «Юности» у отца было больше знакомых, поэтому сделал выбор в ее пользу. С тех пор больше ни за один клуб не выступал. — А как проходили занятия? С вратарями кто-то работал? — Нет, на всех детей один тренер, одни упражнения. В те годы не было такого, чтобы с вратарями кто-то занимался персонально. Это сейчас Алексей Щебланов собирает детишек, катается с ними, чему-то учит. А тогда самому приходилось учиться. — Уф, как это? — Ну, кто-то что-то подскажет, посоветует. Кое-что сам подсмотришь, пытаешься повторить. Много ездили на разные турниры, в том числе и международные. А там уже хочешь не хочешь, надо придумывать, как ловить эту шайбу :). После в «Юниоре» попал к Щебланову, он начал со мной заниматься. — На кого смотрел в детстве? — Не скажу, что был какой-то определенный кумир. Старался брать у всех понемногу — наблюдал за действиями, перенимал привычки. — Что тебе до сих пор не очень удается в игре? — Не люблю броски от синей. Особенно когда кто-нибудь закрывает обзор. Мне сложно сконцентрироваться на шайбе, упускаю ее из виду. Как правило, часто пропускаю в такие моменты. — Насколько важен для вратаря постоянный тонус в игре? — Очень важен! Вообще-то, мало бросков редко бывает. Проще играется, если ты постоянно в действии, а не на тех отрезках, когда за период в створ прилетает всего парочку раз. Трудно на такие броски собраться, не для меня это. — Есть у тебя какой-то способ настроиться на матч? Или без разницы — вышел и играешь? — По-любому нужно хорошенько отдохнуть. Это главное. А так ничего особенного — сидишь, думаешь об игре, спокойненько настраиваешься. Где-то за час до начала ни с кем не общаешься. — Некоторые говорят, что вратарь — это полкоманды. Другие утверждают, что 80 процентов. Ты как считаешь? — Ну, не меньше 50 точно. Бывают моменты, когда и больше. Например, в плей-офф. Соперник перебрасывает в три раза, а ты выигрываешь со счетом 1:0 — тогда и на все 90 может тянуть :). — Что для тебя главная мотивация в хоккее? — Результат, победы. Особенно в международных турнирах — МХЛ, ВХЛ, на чемпионатах мира. Хочется, чтобы тобой гордились, а о команде написали какие-нибудь хорошие слова. Не люблю проигрывать. Вообще не понимаю, как можно выходить на лед, не думая о победе. Победы — это круто. Это эмоции, позитив, настроение. — Что нарисовано у тебя на шлеме? — Сверху — паук, с одной стороны — флаг Беларуси, а с другой написано «Юность». Но это не моя маска. — А чья? — Степана Горячевских. Он ее разрисовал, покатался буквально год и ушел из клуба. А я как-то пришел на склад, нашел этот шлем, приватизировал :). На следующий год очень хочу нанести свою аэрографию. — Что это будет? — Это самый тяжелый вопрос! Чувствую, поиск ответа на него займет уйму времени — нужно будет посидеть, подумать, поискать. Что-то связанное со мной. А еще не знаю, где в Беларуси найти аэрографов. По случаю, призываю их выйти на связь :). Андрей Мезин пользуется услугами человека, который рисует всей КХЛ, но у него заказы на полгода вперед. Да и берет он прилично. — Сколько вообще стоит такая услуга? — У мастера, с которым сотрудничает Андрей, — тысячи полторы-две. Но и рисует он идеально. Конечно, можно найти и подешевле. Надо просто поискать. — Слышал, у тебя проблемы со зрением. — Это правда. В мае прошлого года делал операцию, максимально его улучшил. Если не ошибаюсь, раньше было 0,4 — теперь 0,7. — Не помешает дальнейшей карьере? — Надеюсь. Главное, чтобы не ухудшалось. Я так всю жизнь видел, с рождения. — Вспоминаю, как ты схлестнулся со своим товарищем  Андрющенко в этом году в Жлобине. — Ха! Да просто шел напряженный матч, и мне не понравилось, что он после свистка забросил шайбу в пустые ворота. Не сказал бы, что сильно его приложил в том моменте :). — Часто «взрываешься»? — Если честно, то да. Трудно сдерживать эмоции. Особенно когда кто-то задевает или бьет по ловушке. Могу высказать. — Твое самое легендарное «недержание» – драка с Шелепневым в конце прошлого сезона. — Интересно ведь вышло :). — Ага, проторил дорогу в сборную кулаками. — Точно. Ну, конец сезона был, решили добавить матчу чуть-чуть драйва. Кстати, это мой единственный бой. — К слову, о сборной. Какие чаяния в этом году? — Приглашение — это в любом случае здорово. Хотя бы из-за возможности просто потренироваться вместе с командой. Чем черт не шутит — может, и удастся пробиться в состав третьим вратарем. Буду заниматься, стараться, ловить шайбы. — Какие-то планы на будущее строишь? — Еще на два года связан контрактом с «Юностью». Куда-то выше пока не зовут. — Хоккей — главный интерес в твоей жизни? — Пожалуй. Полностью ему отдаюсь — это мое любимое занятие, и оно мне нравится. Даже хобби как такового нет. Подъем, тренировка, отдых. Вечером прогулка с друзьями или кино с подругой. Так и живем. Фото в тексте:nn.by, junost.org, hcgomel.com, Goals.by/Юлия Чепа

«До сих пор не знаю, как мы обыграли «Гомель»

«В МХЛ было ужасно»

«Против тебя в МХЛ на лед выходят детишки по 16 лет, «масочники». Еще ведь и забрасывают... В общем, никакой радости это не приносило».

«В ближайших планах — поездка в кэмп Лундквиста»

«Никто мне ничего не советовал, не рассказывал про это, не гнал. Ребята, которые уезжали в Северную Америку, делали это через агентов».

«К хоккею всегда относился серьезно»

«Надо было придумывать, как ловить эту шайбу»

«На всех детей один тренер, одни упражнения. В те годы не было такого, чтобы с вратарями кто-то занимался персонально».

«Раньше зрение было 0,4, теперь 0,7»

«У мастера, с которым сотрудничает Андрей Мезин, аэрография шлема стоит тысячи полторы-две. Но и рисует он идеально».

«Драка с Шелепневым? Решили добавить драйва!»

Показать еще 4