Леви – не владелец «Тоттенхэма». Реальный собственник купил клуб на деньги от «величайшего ограбления Банка Англии»

Экономика страны лишилась 3,3 млрд фунтов. 

Новый сезон АПЛ станет 20-м для председателя правления «Тоттенхэма» Дэниэля Леви. Он с большим отрывом самый опытный управленец в британском футболе, а после отставки Эда Вудворда из «Манчестер Юнайтед» – и самый высокооплачиваемый. По данным The Athletic, годовой доход Леви сравним с заработком самых раскрученных звезд АПЛ – более 7 млн фунтов в год (4 млн – зарплата, остальное – бонусы). В «Тоттенхэме» больше получают только Харри Кейн и Танги Ндомбеле (более 10 млн фунтов).

Все настолько привыкли к Леви у руля «Тоттенхэма», что порой ошибочно называют его владельцем. Но это не совсем так. С точки зрения структуры собственности Леви – управляющий партнер, ему принадлежит лишь 25% клуба. Контрольный пакет – 60% – у старшего партнера и по сути босса Леви Джо Льюиса. Остальные 15% распылены среди около 300 миноритариев. Чтобы понять, кто какую роль играет в «Тоттенхэме», достаточно посмотреть на совместные фотографии Леви и Льюиса – сразу ясно, кто чей босс.

Джо Льюис вообще очень редко появляется в VIP-ложе стадиона «Тоттенхэма» – от силы пару раз за сезон, если не реже. По словам экс-тренера клуба Харри Реднаппа, в отличие от Леви, который болеет за команду с детства, 84-летний Льюис (еще он известен в деловых кругах Лондона под кличкой «Боксер») рассматривает «Тоттенхэм» исключительно как инвестицию.

Но это не означает, что он доверил все футбольные процессы Леви и никак в них не вмешивается. По версии источников британских таблоидов (об этом в частности писал Daily Mail), именно Льюис наложил вето на переход Харри Кейна в «Манчестер Сити» этим летом. Льюиса якобы взбесило, что Кейн, у которого контракт еще на три года, комментировал уход, подчеркивая желание выигрывать трофеи. Обидный намек, что с «Тоттенхэмом» это сделать нереально.

Льюис – один из самых непубличных владельцев клубов АПЛ: зависает на Багамах и во Флориде и не дает интервью. Но это и не удивительно, учитывая, что свое многомиллиардное состояние он заработал в финансовой операции, которую британские медиа называют «самым крупным ограблением Банка Англии в истории». «Черная среда» 16 сентября 1992 года, когда несколько крупных валютных спекулянтов атаковали британский фунт, стоили национальной экономике более 3 миллиардов фунтов. Следствием этого кризиса стала потеря власти Консервативной партии, отказ Великобритании от введения в стране единой европейской валюты и, как считают сегодня, «Брекзит».

От семейного кафе в трущобах до сети гламурных ресторанов Вест-энда

Льюис родился в 1937 году в небогатой еврейской семье на неблагополучном востоке Лондона. Его родители владели кафе и фирмой по организации выездных банкетов Tavistock Banqueting. В 15 лет он бросил школу, чтобы работать в семейном бизнесе. Молодой человек сразу проявил деловую сноровку – в одном из редких старых интервью Льюис вспоминал, как ночью перетащил тяжеленный знак автобусной остановки прямо ко входу в семейное кафе. Расчет, что люди, которые ждут автобус, будут заходить в кафе и что-то заказывать, оправдался – выручка резко выросла.

Возглавив семейную фирму, Льюис быстро расширил бизнес. Заработанные деньги он вкладывал в открытие ресторанов в центре Лондона, ориентированных на богатых горожан и туристов. Формат заведений – что-то среднее между музыкальным театром и люксовым рестораном: хорошо одетые посетители (на входе был строгий дресс-код) располагались за столиками, а на сцене выступали самые популярные артисты – Фрэнк Синатра, Том Джонс, Дайана Росс.

Другим форматом стали традиционные пабы, но с развлечениями для туристов – в них устраивались поединки рыцарей на мечах и шоу наподобие глотателей шпаг.  

«Авива» – яхта Льюиса в Лондоне

Параллельно Льюис вложился в бизнес по продаже сувениров и туристические автобусы с открытыми верхними площадками. Их маршруты завершались у принадлежащих ему ресторанов, и группы туристов после обзорной экскурсии отправлялись туда тратить деньги.

В 1989-м Льюис решил кардинально изменить свою жизнь – продал все рестораны за внушительную по тем временам сумму в 30 миллионов фунтов, развелся с женой и перебрался жить на Багамы. Его новым источником заработка стали спекуляции на валютном рынке. Льюис рассказывал, что вдохновился историей нью-йоркского трейдера Эндрю Кригера, который в 1987-м заработал 500 миллионов долларов, возглавив атаку валютных спекулянтов на новозеландский доллар.

Звездный час валютного спекулянта Джо Льюиса наступил осенью 1992-го, когда он вместе с другим известным спекулянтом, американцем Джорджем Соросом, пустил под откос британский фунт, а вместе с ним и правительство Консервативной партии Великобритании.

Что же такого сделал Льюис с фунтом?

Все игроки на бирже делятся на два лагеря. «Быки» зарабатывают на росте ценных бумаг (акций, облигаций, валюты). Скупают их, дожидаются роста цены, после чего продают, фиксируя прибыль.

«Медведи» делают деньги на падении стоимости. Здесь схема чуть сложнее. Игрок рассчитывает на просадку определенных бумаг, берет их в долг у брокера и тут же продает по текущей цене. После того, как стоимость снижается из-за избыточного предложения на рынке, «медведи» выкупают их обратно по более низкой цене, возвращают брокеру вместе с комиссией на пользование, а разницу кладут себе в карман.

Такая операция считается более рискованной, чем инвестиции в расчете на рост, но в случае удачи она может принести огромные прибыли в очень короткий срок. Залог успеха – переоцененность бумаги, которая дрогнет под напором атаки спекулянтов-«медведей». В 1992 году Льюис и Сорос решили, что такой переоцененной бумагой является британский фунт. И это был верный расчет.

В 1990-м правительство Великобритании присоединилось к системе ERM (Exchange Rate Mechanism) – договору, подписанному рядом европейских стран, который обязывал правительства поддерживать курс национальных валют на определенном уровне, не допуская резких падений или взлетов. Это было необходимо, чтобы торговля между странами, которые затем объединятся в ЕС, не страдала от валютных скачков в присоединившихся к договору государств. Стратегия позволила в 1999-м перейти на расчеты в единой европейской валюте – евро.

Но проблема Великобритании заключалось в том, что фунт на момент вступления в ERM стоил дорого (за него давали 2,95 немецкой марки), а экономика страны угодила в кризис и находилась в состоянии рецессии. Правительство было вынуждено тратить резервы для искусственного поддержания высокого курса фунта, чтобы соблюсти условия подписанного соглашения. Расчет был на то, что кризис сменится подъемом, и ситуация нормализуется.

Возможно, все так бы и произошло, если бы не удар со стороны спекулянтов. Сорос и Льюис несколько месяцев готовили атаку и 5 сентября 1992 года выбросили на рынок миллиарды фунтов. Сам Сорос потом вспоминал, что его доля составила 5 млрд фунтов – все, что было у его фонда Quantum, плюс заемные средства. Сколько скинул Льюис точно неизвестно, но тоже миллиарды. К атаке присоединились и другие спекулянты-«медведи» помельче.

Фунт устремился вниз. Правительство Великобритании бросило валютные резервы на скупку фунтов и повысило ставку рефинансирования с 10 до 12 процентов. Но этого оказалось недостаточно – фунт рухнул ниже границ, обозначенных в договоре ERM – за день валюта потеряла 10%. Великобритания была вынуждена выйти из европейского валютного соглашения, что привело к невступлению в еврозону. На правительство консерваторов обрушилась критика оппозиции и профсоюзов за бессмысленную растрату резервов в условиях усиливающегося кризиса и роста безработицы. Следующие парламентские выборы они с треском проиграют лейбористам, уйдя в оппозицию на 20 лет.

Но это будет потом. А на следующий день после обвала, вошедшего в историю как «Черная среда», Сорос и Льюис скупили подешевевшую британскую валюту, оказавшись в плюсе примерно на миллиард фунтов каждый. В 2005-м Министерство финансов Великобритании опубликовало секретные документы, в которых оценило ущерб, нанесенный национальной экономике, в 3,3 миллиарда фунтов.

Британские медиа назвали действия спекулянтов «самым крупным ограблением банка Англии». Но Джо Льюис не чувствовал угрызений совести. «Это просто доказывало, что рынки были правы, а политики ошибались, – рассказывал Льюис в интервью New York Times в 1998 году. – Это законы рынка, важнейшей частью которого является свободное обращение наличных денег по всему миру».  

Льюис знал Леви еще младенцем и доверил ему спортивные проекты корпорации

Это была не последняя атака Льюиса на национальные валюты – в начале 1995 года он аналогичным образом обрушил курс мексиканского песо, запустив один из крупнейших экономических кризисов в стране. В том же 1995-м Льюис взял компаньоном 33-летнего менеджера Дэниэла Леви. Британские медиа пишут, что Льюис знал Леви еще ребенком: по одной версии, он в начале бизнес-карьеры снимал дом у отца Леви, который занимался бизнесом в сфере недвижимости. По другой, жена Льюиса и мать Леви познакомились в роддоме за несколько дней до рождения будущего исполнительного директора «Тоттенхэма» и с тех пор поддерживали близкие отношения.

Леви возглавил ENIC Group – спортивное направление бизнеса Льюиса. На деньги от успешных валютных спекуляций Льюиса Леви начал скупать европейские футбольные клубы – компания контролировала целиком или частично «Глазго Рейнджерс», афинский «АЕК», пражскую «Славию», итальянскую «Виченцу» и швейцарский «Базель». Но после покупки «Тоттенхэма», завершившейся в 2001 году (Льюис заплатил около 70 млн фунтов), остальные футбольные активы были распроданы – Леви решил сосредоточиться на любимом клубе детства.

Сегодня, по оценке Forbes, состояние Джо Льюиса составляет 4,9 млрд долларов. Его корпорации Tavistock (он сохранил название маленькой семейной фирмы) принадлежит 200 компаний в 13 странах мира. По свидетельству его знакомых, среди которых знаменитый гольфист Тайгер Вудс, сосед Льюиса по вилле на юге Флориды, 84-летний спекулянт не бросил прежних занятий – в его доме есть комната, увешанная экранами с котировками валютных торгов на бирже. Вудс с гордостью называет его «учителем в сфере инвестиций».

Атака на Банк Англии стала легендарной, но не испортила его отношений с британским банковским регулятором. В 2020 году, когда многие компании были вынуждены приостановить работу из-за карантина, Джо Льюис получил 175 миллионов фунтов. Так выглядит государственная помощь бизнесу.

Кому принадлежит футбол? Путеводитель по владельцам всех 98 клубов топ-5 лиг

АПЛ возвращает полные стадионы: у «Арсенала» и «Тоттенхэма» самые дорогие абонементы, у «Сити» – почти самые доступные 

Фото: Gettyimages.ru/Marc Atkins/Mark Leech, Catherine Ivill/AMA/Corbis, Jack Taylor, Ian Waldie; Sport Media via AP Images/East News

+5
Написать комментарий
Реклама 18+