«Борьба с неугодными, законы об экстремизме – это просто агония власти». Остапчук – о Лукашенко, «красавцах» и хунте

Рефлексия легкоатлетки о происходящем в стране.

Надежда Остапчук, в свое время толкавшая ядро за 20 метров и бравшая бронзовую медаль на Олимпиаде в Пекине, выступает против насилия и за честные выборы. Она занимает активную гражданскую позицию, входит в Свободное объединение спортсменов. Недавно продала на благотворительном аукционе свою золотую медаль с чемпионата Европы-2005 за 11100 долларов, чтобы поддержать репрессированных коллег.

С «Трибуной» Остапчук поделилась мыслями о происходящем в стране, о моменте, в котором мы живем.

Шок от того, что произошло сразу после выборов, у меня до сих пор не ослаб. Изначально было понятно, что могут повториться события 2010 года – разгоны митингов. Но то, что это будет в настолько жесткой форме – убийства, насилие, репрессии – это меня, откровенно говоря, шокировало.

Сегодняшние события, за которыми мы наблюдаем, не позволяют поменять свое отношение. Многодетной матери дают срок, людей обвиняют ни за что. Реальным убийцам дают три года тюрьмы, а тем, кто якобы намеревался участвовать в акции протеста, присуждают по 5-6 лет – это откровенное подливание масла в огонь. Уже физически невозможно успокоиться, когда режим наступает на больную рану.

Была уверена, что Лукашенко так просто ничего не отдаст. И поэтому не разделала оптимизм тех, кто думал, что мы сейчас выйдем на улицы, а он убежит. Я даже ребятам из своего окружения, спортсменам говорила, что оптимизм нужно немного убавить, для перемен потребуется время. Сейчас иногда вспоминаем мои слова, я оказалась права.

Если действовать мирными методами против насилия и зверства, быстро победить не удастся. Поэтому мне морально не пришлось перестраиваться: я изначально думала, что быстро все не закончится. У меня нет эффекта разочарования, как у многих, руки не опустились. Понимала прекрасно, что не будет все так просто, как нам хотелось бы.

Лукашенко будет пытаться мухлевать с Конституцией, чтобы спокойно уйти. Уверена, он готовит себе отход, просто пока вариантов для этого не придумал. Утром он хочет уйти, в обед – не хочет, а вечером снова появилось такое желание. И эти качели затягивают процесс. Думаю, к осени, к Новому году, а, возможно, и позже, когда реально прижмет экономическая ситуация, он вынужден будет что-то делать.

Понятно, Лукашенко не хочет уходить в роли проигравшего.

Верю, что это последний срок Лукашенко. Он уже политический труп, вопрос лишь в том, как этот труп красиво вывезти. Вряд ли он полезет еще на один срок. Если проводить выборы, то действительно честно и открыто. И тогда Лукашенко увидит, что у него рейтинг нулевой, а для него это будет как нож в спину. Так что лучше уйти самому.

Лукашенко хочет оставить за собой власть, даже не будучи главой государства. Грубо говоря, он хочет провести в Беларуси казахстанский сценарий. Может, будет руководить собранием дармоедов, которых свозят в Минск. Собрание якобы будет принимать решение, но, по сути, рычаги власти останутся у Лукашенко.

Посмотрим, что придумает конституционная комиссия, которая якобы разрабатывает документ, а на самом деле, считаю, просто ищет варианты, как одному человеку удержаться у власти, а не развивать страну. О Беларуси в этой комиссии никто не думает.

Какие-то переговоры с властью возможны только в том случае, если у нас в руках есть определенные козыри. В нашем случае козырь – экономика. Она станет «на колени» очень скоро, и тогда власти просто вынуждены будут садиться за стол переговоров.

Когда кормить своих «красаўцаў» будет не за что, тогда Лукашенко начнет бояться не народа, а этих самых «красаўцаў». Тогда и пойдут реальные изменения. Я верю, что мирным путем можно достичь нашей цели, но, повторюсь, нужно иметь в руках козыри.

Глядя на то, как растет курс доллара, как экономика «развивается», прогнозировать что-то хорошее тяжело.

Экономические проблемы ударят по всем – и по тем, кто за перемены, и по тем, кто за действующую власть. Но если мы хотим перемен, придется чем-то жертвовать. Первое время придется жертвовать уровнем жизни.

Если у вас на участке стоит халупа, вам так или иначе придется ее снести, чтобы построить новый дом. Такая же ситуация и с Беларусью. В этой стране экономика не рыночная, она в любом случае ляжет. При мирном протесте или каком-то другом – все равно. Беларусская экономика нежизнеспособна. И чем быстрее она ляжет, тем быстрее начнет строиться заново. Ничего страшного в этом не вижу.

Есть мнение, что народ победит, если на его сторону встанут силовики. По-моему, тогда будет такая же хунта, как и сейчас. Если военные выгонят или схватят Лукашенко, кого они поставят на его место? Караева? Чтобы он нам сделал концлагерь? Или кого-то такого же? Как по мне, военный переворот – это не решение ситуации.

Когда выхожу на улицу, есть определенные опасения, что может что-то случиться. Но волков бояться – в лес не ходить. Если бояться жить и думать об этом, тогда лучше уехать в другую страну, где будет спокойнее. Но если ты остался в Беларуси, то просто не обращай на это внимание. У нас посадить могут за все, что угодно – боишься ты или нет, разницы никакой.

Борьба с неугодными, законы об экстремизме – это просто агония власти. Людей пытаются хоть как-то запугать и подавить их волю, часть, возможно, и поддастся на это, а большинство и так уже пуганные, их мало чем удивишь. Все это на самом деле – показательная порка, чтобы потом по телевизору сделать картинку. Власть уже далеко оторвалась от реальности и творит абсурд.

Хотела бы союза Беларуси с ЕС, хотя до недавнего времени придерживалась мнения, что союз нам не нужен ни с кем. Но сейчас мне кажется, что нам надо стремиться к сильным, умным, развитым странам. Они нам могут помочь преодолеть кризис и быстро перейти к развитию всех сфер жизни в стране.

Союз с Россией – туда даже смотреть не надо, в этой стране происходит полная деградация.

У меня не напряженные отношения с беларусскими чиновниками, потому что у меня просто нет этих отношений. Я живу спокойно, свободно, и что думают обо мне чиновники, мне все равно.

Нынешний беларусский спорт – это военная часть в самом худшем ее виде. Часть, где командиры приказывают покрасить траву и растолочь снег, чтобы он быстрее таял. Чиновники сейчас пытаются создать некую армию в мире спорта, лопато-вениковые войска. Нужно петь гимн, быть патриотами… Как футбол, так и весь спорт с таким подходом скоро накроется медным тазом. Мы к этому летим с огромной скоростью. Кто-то из атлетов не то скажет, не так посмотрит – и все, начнутся чистки неугодных.

Есть атлеты и тренеры, которым все равно, что происходит в стране – им главное, чтобы зарплату вовремя платили. Но хватает и таких людей, кто прекрасно понимает беларусскую реальность, они не согласны с тем, что творится в стране. Я уверена, что им больно в душе, но они вынуждены терпеть. Потому что в противном случае, например, не смогут осуществить свою мечту – поехать на Олимпиаду, к которой шли 10-20 лет.

Дам рецепт нашим спортивным чиновникам: не делайте ничего. В таком случае есть шанс, что Беларусь выступит на Олимпиаде под красно-зеленым флагом. Но если будете заниматься такими глупостями, как, например, обвинения Саши Герасимени, тогда шансы увидеть нашу команду на ОИ под нейтральным флагом, велики. Знаю, что МОК не хочет влезать в эти политические вопросы, такие решения комитету даются тяжело, но наши чиновники «помогают» своими идиотскими поступками.

Пока даю такой расклад: 60 процентов за то, что сборная поедет под красно-зеленым флагом, 40 процентов – под нейтральным. Но это соотношение может быстро поменяться – все зависит только от решений и действий нашей стороны.

Самая большая проблема Беларуси в том, что людей ставят на должности не за навыки, а только за то, что они преданы хозяину. Вася Хомутовский очень хорошо высказался: «У нас изменения к лучшему будут только тогда, когда профессионализм будет цениться больше лояльности». Но в Беларуси сейчас совсем по-другому. Кто глубже и качественнее, кто лояльнее к режиму, тот и получает должности.

Вся моя жизнь – это борьба с собой, условиями, системой, неадекватностью и бюрократизмом. И все это сделало меня сильным человеком. Поэтому не могу сказать, что только спорт и или последний год сильно на меня повлиял.

Считаю, что главная ценность Беларуси – это люди. Это золотой фонд, который может вознести страну не небывалые высоты. И еще я очень благодарна своим родителям за то, что они выпустили меня из гнезда, отдали своего любимого птенца и позволили стать самостоятельной. Благодарна всем своим тренерам, которые внесли вклад в мое развитие. Я рада, что мне попадались адекватные наставники. И рада, что меня сейчас окружают друзья и очень хорошие личности.

Сейчас моя основная занятость – это образование, обучение, различные онлайн-курсы. Я училась на тренера по легкой атлетике, прошла хорошие американские курсы и хотела уехать работать в Китай. Поступило предложение из одной провинции Китая, в которой находится что-то вроде нашего УОРа. Но из-за пандемиии Китай закрылся наглухо. Со мной связались китайцы, извинились, объяснив, что ничего поделать не могут – карантин. Моя тренерская карьера поставлена на паузу.

Пробовала себя еще в роли программиста, начала изучать базовый курс, но поняла, что это не мое. А недавно подвернулась возможность пройти курс спортивного менеджмента и маркетинга. Усиленно подсела на это дело – хочу попробовать и сторону спортивной индустрии, в которой можно применить свою креативность и реализовывать интересные идеи.

По-прежнему считаю, что основная проблема беларусского образования – это то, что мы застряли в Совке. Половина предметов – просто трата времени и сил студентов и преподавателей.

Жизнь по советским канонам – одна из самых больших бед в Беларуси. Вроде бы, казалось, мы начали уходить от этого, становились более современными. Но нет, сейчас этот «совок» не только вернулся, а еще даже больше углубляется, страна в нем закапывается. Патриотизм будут воспитывать в школах, идеологию вбивают в голову. Что это за херня такая? Такие вещи вырабатывают в людях только ненависть. Не патриотизм, а ненависть к режиму и системе. Но самое страшное, что ненависть и озлобленность людей распространится на повседневную жизнь, на отношение к окружающим.

Я по-прежнему патриот Беларуси, люблю свою страну и хочу ей добра. Хочу, чтобы Беларусь была богатым, развитым государством, с максимально высоким качеством жизни. Хочу, чтобы здесь соблюдались законы и права людей.

У нас понятие «патриотизм» сравняли с понятием «преданность одному человеку». Но это не одно и то же. Это не патриотизм, а лояльность к режиму и системе. Для меня патриотизм – это любовь к стране, людям, ко всему, что нас окружает. А если ты предан режиму, называть себя патриотом как минимум странно.

Даже не рассматриваю вариантов уехать навсегда из Беларуси. Да, из Китая поступило предложение, и я на него согласилась, потому что у меня не было выбора – я хотела попробовать себя в тренерской деятельности, а потыкавшись на Родине, поняла, что меня здесь никуда не возьмут. А если и возьмут, то потом начнут чинить препятствия моим ученикам. Зачем мне подставлять людей?

У меня сейчас такой круг друзей, которых я могу назвать семьей. И в любой момент эти люди готовы помочь. Знаю, что если мне что-то понадобится, то просто возьму телефон и наберу номер друга. Практически по каждому вопросу я получу определенный ответ, практически в любой ситуации мне обязательно помогут.

По-прежнему мои главные принципы в жизни – правда и прямота. Самое главное – быть честной перед собой.

Желание быть прямым человеком сформировалось очень давно. До какого-то момента я все держала в себе, когда тренировалась, думала, что никого не интересует моя точка зрения, Всем важны только мои результаты, поэтому молчала и делала свое дело. Но внутренняя позиция у меня все равно формировалась, а в нынешнее время я много общаюсь с людьми, могу высказываться. Поэтому у людей, наверное, сложилось мнение, что моя позиция только-только сформировалась. Нет, она существует уже очень много лет. И во многом на это повлияла обстановка и условия, в которых я росла.

Я уехала от родителей в Брест, где занималась в местном УОРе, в лет 14-15 и решила для себя, что не могу у них что-то брать, особенно деньги. В 16 заработала первую стипендию, через два года у меня уже было хорошее финансовое положение, появилась возможность помогать родителям. Условия же, в которых я жила в Бресте, научили меня быть самостоятельной и сильной. Хотя поплакать иногда приходилось.

Мы жили в общежитии, где в комнате по 20 человек, спали на двухъярусных кроватях. Душ был в подвале, зимой – холод в помещениях, поэтому даже вынуждены были спать в одежде. У нас не было столовой, приходилось полтора километра ходить в ближайшую школу, чтобы там вместе с учениками поесть. Сколько препятствий пришлось преодолеть, сколько испытаний… Может, благодаря этому и сформировалась твердость характера, упертость.

Таких упертых в семье у нас не было.

Один эпизод мог закончить мою спортивную карьеру еще в училище. Мама приехала в Брест, переночевала у меня в общежитии, а утром я провожала ее на вокзал. На остановке какой-то пьяный мужик подошел ко мне сзади и начал на руку наматывать мою косу. Он потянул меня к себе, едва не повалил, мама начала его дубасить сумкой. После этого мама была твердо убеждена, что меня нужно забрать с собой.

Рабы не могут побеждать. Достойные результаты показывают именно свободные люди, независимые спортсмены. Возьмите процент медалей на Олимпиаде, и станет все понятно. В странах, где есть свобода, где есть конкуренция, там атлеты побеждают, и, приезжая на крупные соревнования, берут медали, показывают классные результаты. А там, где спортсмены зажаты и где им не с кем конкурировать, то и на международных турнирах от них нечего ждать.

Фото: из личного архива Надежды Остапчук, tut.by

+27
Популярные комментарии
Boris Gi
+38
Спасибо, Надежда. Ты настоящий Человек.
Oleksa
+23
У Надежды правильные мысли.
janka
+23
А я пожелаю Надежде счастья в личной жизни. Очевидно, что из неё получится очень хорошая мама.
Написать комментарий 8 комментариев
Реклама 18+