Дмитрий Хохлов: «В «Шахтер» не пришли какие-то арабские шейхи, которые все перевернули»

Новый спортивный директор «горняков» – о работе в «Вентспилсе», селекции «Шахтера» и чемпионских амбициях.

Зимой в футбольном Солигорске произошли серьезные перемены. Попечительский совет клуба отправил в отставку главного тренера команды Сергея Никифоренко. Его место занял опытный белорусский специалист Олег Кубарев. Практически одновременно с ним в клубе появился менеджер Дмитрий Хохлов, который стал отвечать за трансферную политику солигорчан.

Кто будет рулить трансферной политикой «Шахтера»

Латвийский менеджер долго оставался в тени из-за бюрократических проблем с получение разрешения на работу. Как только все нюансы были улажены, экс-директор «Вентспилса» согласился на интервью:

– Мне всегда было интересно следить не только за происходящим на футбольном поле. Меня так же сильно интересовали вещи, которые случаются за его пределами. С самого детства мечтал стать футбольным функционером. К 20 годам мне пришлось завершить карьеру из-за травмы спины. Практически сразу начал работать в структуре родного «Вентспилса». Тренировал детей и выполнял функции менеджера. Правда, через несколько месяцев сосредоточился только на втором.

В тот момент у меня не было четкой позиции, мол, я не желаю быть тренером, а хочу сконцентрироваться только на каких-то менеджерских вопросах. Просто так совпало, что тогда «Вентспилсу» понадобился менеджер. В это время я получал высшее юридическое образование в Санкт-Петербурге. Учился заочно, поэтому не было проблем с тем, чтобы совмещать работу и учебу. В общем, примерно до 24 лет работал менеджером «Вентспилса», а потом стал директором клуба.

– Каково руководить футбольным клубом, когда тебе нет еще 25 лет?

– На первых порах было немного необычно, ведь большинство игроков были старше меня. Правда, не испытывал особого дискомфорта. Я всегда был в клубе, поэтому, по сути, просто пересел из одного кабинета в другой. На мое место не пришел новый менеджер, просто к моим функциям добавился ряд новых. 

– Чем из того, что удалось сделать в «Вентспилсе», вы гордитесь больше всего?

– Первое, что приходит в голову – выход в групповой этап Лиги Европы в 2009 году. Это достижение для клуба из Прибалтики до сих пор остается уникальным. На пути к групповому этапу мы, кстати, прошли БАТЭ, а уже на групповой стадии добились ничьих с «Гертой», «Херенвеном» и «Спортингом». Это был прекрасный период. Работы, конечно, было много, но воспоминания и полученный опыт – бесценны.

Могу отметить и 2011 год, когда уже работал директором клуба. Тогда мы завоевали чемпионство, Кубок страны, а в финале Балтийской лиги уступили лишь в серии пенальти. Вообще, в «Вентспилсе» хватало приятных событий. Клуб завоевывал и золотые, и серебряные медали, выигрывал Кубки Латвии и Балтийской лиги, достаточно успешно выступал в еврокубках.

– Почему вы все-таки ушли из «Вентспилса» в 2012 году?

– Это одно из самых сложных решений в моей жизни. Все-таки «Вентспилс» – мой родной клуб, в котором я провел очень много времени. Когда думал об уходе, то в какой-то момент в голове были мысли, мол, это все равно, что выбирать, какую руку себе отрезать: правую или левую? Брал лист бумаги и расписывал все плюсы и минусы ситуации. В итоге пришел к выводу: «Какую руку ни руби, все равно будет больно».

Просто в тот момент в клубном руководстве появились новые люди. Они принимали решения, с которыми я был в корне не согласен. Какой смысл ходить на работу, получать зарплату и не иметь возможности влиять на какие-то рабочие процессы, с которыми не согласен? Я не мог работать в таких условиях, поэтому пришлось уйти.

– С чем вы были не согласны больше всего?

– Не хочется ворошить прошлое. Не буду вдаваться в детали, но была часть решений руководства, которая шла в разрез с моими принципами. Не хочу сказать ничего плохого обо всех новых людях, которые пришли в «Вентспилс». Отмечу только одно: многие решения принимались людьми, не имеющими на тот момент никакого опыта работы в футбольном клубе на руководящих должностях. На большинство из них повлиять было просто невозможно.

–Объясните, почему директор «Вентспилса» не мог повлиять на процессы в клубе?

– В 2012 году в «Вентспилсе» был создан совет клуба из пяти человек, которыми руководил председатель правления. Эти несколько человек, по сути, управляли клубом. Это представители спонсоров, обладатели акций. С некоторыми из них я был принципиально не согласен по многим вопросам, поэтому не мог качественно выполнять свою работу. Я считал, что нужно идти в одну сторону, а мне говорили, что надо шагать в другую. Я же не могу закрыть рот и молча двигаться туда, куда мне говорят, если я с этим не согласен. Директор, который не соглашается и спорит, был никому не нужен. Пришлось уйти. В любом случае это уже история. Сейчас могу лишь пожелать «Вентспилсу» только удачи в будущем и добавить, что с большинством работников клуба у меня по сей день сохранились хорошие отношения.

– Последний вопрос о «Вентспилсе». Вы владели акциями клуба?

– Нет.

***

– Практически сразу после ухода из «Вентспилса» вам предложили возглавить латвийскую премьер-лигу. Почему вы отказались?

– После ухода из «Вентспилса» у меня было три варианта развития карьеры. Первый – я мог пойти своей дорогой и работать самостоятельно, развиваться как скаут и агент. Второй – отправиться работать в федерацию футбола Латвии. Третий – возглавить профессиональную лигу Латвии.

На тот момент заканчивались полномочия предыдущего руководителя премьер-лиги, и мне предложили занять его пост. Причем это не был какой-то конкурс, от меня требовалось лишь ответить «да» или «нет». Решил отказаться. Во-первых, хотелось попробовать поработать самостоятельно. Во-вторых, мне пришлось перенести серьезную операцию на позвоночнике. Понимал, что, соглашаясь на пост директора премьер-лиги, я беру на себя серьезные обязательства. Нужно было с головой погрузиться в эту работу. Пришлось бы примерно три-четыре месяца совмещать ее с восстановлением после операции. Естественно, это сказалось бы на качестве работы. Все-таки директор лиги каждый день должен быть в форме и на рабочем месте. Руководитель такого уровня не может сказать: «Извините, мне сегодня нездоровиться, поэтому нужно отлежаться дома, а завтра я уйду чуть раньше».

– В итоге вы стали скаутом. Почему?

– Мне было интересно. Не жалею, что на протяжении трех-четырех лет занимался этой работой. Здесь можно выделить три пласта: юридические консультации футболистов, их посредников, клубов, а также скаутская и агентская деятельность.

За это время я успел понять, что чувствуют люди по разные стороны стола. Я побывал и менеджером, и директором, и представителем футболистов, и юристом. Теперь любые проблемы могу оценивать с разных точек зрения. Это полезный опыт для работы в любой должности. Правда, в прошлом году я решил закончить с агентской деятельностью.

– Почему?

– Если честно, эта работа не вызвала у меня большой симпатии. Не хочу сказать ничего плохого об агентах, просто это не мое. Ты не привязан к определенному клубу, у тебя нет ежедневной занятости. Это не то, чем я хочу заниматься.

– Будучи агентом, вы работали со многими футболистами?

– Их было немного. Со многими ребятами я сотрудничал без контракта, потому что мы доверяли друг другу. Я помогал многим игрокам, у которых были соглашения с другими знакомыми мне агентами. У меня не было цели собрать вокруг себя много футболистов и устроить на столе склад из договоров с ними. Я сотрудничал примерно с 10-15 игроками. Правда, со многими из них были скорее не агентские отношения, помогал им юридическими консультациями. Это продолжается до сих пор. Некоторые ребята, подписывая контракт с каким-нибудь клубом, присылают мне бумаги, чтобы я им что-то подсказал. Не вижу в этом никаких проблем.

– Самый памятный эпизод вашей агентской деятельности?

– Мы искали нападающего для одного клуба. Отсмотрев кандидата, предложил его руководству. Оно дало добро на подписание. Стали договариваться с игроком, его предыдущим клубом, его представителями. В общем, технических моментов хватало. Процесс был небыстрым, он растянулся на несколько месяцев. К этому моменту открылось трансферное окно. Игроку и его представителю оставалось только прилететь в расположение клуба и подписать контракт. Мои партнеры уже находились на месте. Я прилетал туда ночным рейсом, и через пару часов сделка была должна завершиться.

Но тут случилось что-то непредвиденное, в аэропорту с грустными лицами меня встретили партнеры. Они сказали: «Именно в этот день главный тренер решил, что именно этот нападающий не подходит клубу». Получается, работа, которая велась на протяжении четырех-пяти месяцев, пошла насмарку буквально за пять минут до финального свистка. Тренеру захотелось взять не высокого форварда таранного типа, а маленького и быстрого нападающего. В тот момент было ощущение, что тебя ударили кувалдой по голове. Это показательный момент. В футболе никто не знает, что будет завтра. Хорошо, что в конце концов удалось тренера переубедить и переход состоялся. Никто не пожалел об этом, игрок здорово проявил себя в новой команде.

– Все-таки, кажется, вы привели пример своей скаутской работы.

– Согласен. Отличие работы скаута от работы агента в том, что агент берет игрока и предлагает его разным клубам. Скаут – целенаправленно по запросу клуба ищет исполнителя с конкретными качествами на конкретную позицию под четкие финансовые условия.

Я окончил скаутские курсы в Словакии, которые длились пять дней. Было интересно посмотреть, чему на них обучают. Если честно, за это время я не узнал ничего нового. На занятиях рассматривались теоретические вопросы, с которыми я был знаком уже на практике. Эти курсы скорее были рассчитаны на тех, кто только-только решил заняться скаутингом.

– Расскажите, какие отчеты или другие документы вы предоставляли клубу, предлагая игрока?

– Мой пакет документов на игрока состоял обычно из трех частей – это анкета, в которой понятно и доходчиво расписана вся статистика игрока. Описательная часть характеристик футболиста, комментарии тренеров и партнеров по команде. Это нужно, чтобы понимать, какими человеческими качествами обладает футболист и насколько легко он адаптируется к новым условиям. Кроме этого и прикладывал видеоролик примерно на 5-7 минут, в котором демонстрировались сильные стороны игрока.

– С какими клубами вы сотрудничали?

– Работал в основном с командами из Прибалтики, Скандинавии, Бенилюкса, Хорватии, Казахстана. Были и другие регионы. В общем, достаточно широкая география. Не было привязки к какому-то конкретному месту. Мне всегда было интересно находить новые контакты. Постоянно с радостью реагировал на возможность открыть для себя новый регион, поэтому приходилось много путешествовать. Большую часть своей жизни провел в аэропортах, ведь качественный скаутинг не может обходиться без просмотра матчей вживую. Чтобы иметь ясную картину по игроку, нужно увидеть в минимум три матча с его участием. Нельзя просто сказать, что это быстрый фланговый игрок. Моя задача – найти все плюсы и минусы исполнителя.

Нельзя делать выводы по одной встрече – это очень непрофессионально. Может, человек не выспался, может, неделю ругается с женой. Удивляюсь тем специалистам, которые, посмотрев на видео пару эпизодов с участием игрока, делают полноценные выводы о его уровне. Кстати, очень сложно резюмировать игру футболиста по телевизионной картинке. В таких случаях мы видим игрока только в кадре, а что он делает в остальное время? Ведь в футболе многое решают мелочи. Важно даже то, как игрок ведет себя во время разминки, в такие моменты зачастую можно понять, как он позиционирует себя в коллективе и каким темпераментом обладает.

– Как вы оказались на стажировке в «Милане»?

– Получилось сделать этого через человека, который в свое время играл в «Милане». В клубе к нам отнеслись с большим вниманием. Мы неделю наблюдали за тренировками, которые проводил Синиша Михайлович на клубной базе, имели возможность говорить с ним и его помощниками после каждого занятия. Иногда беседы растягивались на несколько часов.

Меня очень впечатлили база «Милана». Глядя на все, что там есть, понимаешь, что это клуб с другой планеты. «Миланелло» – идеальное место для работы футболистов. Сложно представить, что там может появиться еще что-то, что улучшит подготовку команды. На базе даже есть своя медицинская лаборатория, которая находится под землей. В ней можно провести абсолютно любые исследования. Хочется, чтобы белорусские клубы когда-нибудь хоть немного приблизились к таким условиям. Однако не у каждого клуба уровня «Шахтера» в распоряжении есть такая же качественная база, как у нас в Солигорске. Это наш огромный плюс.

***

– Если не секрет, когда вас позвали работать в «Шахтер»?

– В конце прошлого года. У меня поинтересовались, насколько такая работа будет мне интересна. Тогда я уже не занимался агентской деятельностью и активно искал работу в структуре какого-нибудь клуба. Вариант с переходом в «Шахтер» показался мне интересным. Чемпионат Беларуси – турнир хорошего уровня, который, безусловно, сильнее прибалтийских первенств. Тем более «Шахтер» – клуб с историей, который постоянно ставит перед собой самые высокие цели. Согласился обсудить эту тему более подробно, а дальше все развивалось достаточно быстро. Примерно в декабре договорились о сотрудничестве с руководителями «Шахтера» .

– Вы вели переговоры с руководством «Беларуськалия»?

– Я вел переговоры с руководством клуба.

– Вы долго раздумывали над предложением «Шахтера»?

– Нет, единственной преградой было то, что примерно в это время на меня вышел клуб из Латвии. Причем я уже начал сотрудничать с ним. Чисто в спортивном плане я сходу отдал предпочтение «Шахтеру». Меня немного сдерживала начатая работа в Латвии, правда, мы не оговаривали долгосрочных отношений с боссам рижского клуба, скорее, присматривались друг к другу. Однако прийти в клуб и тут же сказать, мол, я ухожу, было бы некорректно с моей стороны. Когда я сообщил руководству латвийского клуба о предложении «Шахтера», мне сделали очень хорошее предложение по меркам чемпионата Латвии, но я все-таки решил перебраться в Солигорск.

– Вы появились в «Шахтере» раньше Олега Кубарева?

– Мы пришли в «Шахтер» примерно в одно время, правда, до этого не были знакомы. Конечно, я знал, что собой представляет этот специалист, но мы никогда не сотрудничали. Достаточно быстро нашли общий язык, все-таки работаем для достижения одной цели. Иногда у нас возникают разногласия, и это нормально, ведь у каждого должно быть свое мнение. Только в таком случае можно добиться максимального результата.

– Вы вели селекцию совместно с главным тренером?

– Разумеется. В нынешнем межсезонье команда существенно обновилась. Нам были нужны игроки на многие позиции. Обсуждали ситуацию вместе с Олегом Михайловичем. Мы быстро поняли, с какими игровыми качествами нам необходимы футболисты. Мы постоянно в контакте с главным тренером, общаемся практически после каждой тренировки. Постоянно обсуждаем вопросы селекции. Это ежедневный рабочий процесс.

– В предыдущие годы за селекцию «Шахтера» отвечал директор клуба Юрий Вергейчик. Сейчас он не участвует в этом процессе. Какие у вас с ним отношения?

– Рабочие отношения. И будет некорректно, если я начну комментировать селекцию клуба, которая проходила до моего прихода в «Шахтер».

– Давайте поговорим о селекции «Шахтера» в нынешнем сезоне. Почему команду покинули лидеры команды последних сезонов Артем Старгородский и Александр Юревич?

– Я не общался с ними по поводу продления или непродления контрактов. Моя первоочередная задача – поиск новичков для клуба. Убрать кого-то из состава – это не моя цель. Моя работа в клубе началась с обсуждения с главным тренером позиций, которые нуждаются в усилении.

– В основном команда усиливалась иностранными исполнителями…

– Не считаю, что в «Шахтере» появилось много легионеров. У нас всего шесть иностранцев, учитывая, что на поле одновременно могут выходить пять. Сегодня в каждом клубе мира есть легионеры. Наверное, только «Атлетик» из Бильбао играет исключительно собственными воспитанниками.

Что касается белорусских футболистов, вы прекрасно знаете ситуацию с игроками, у которых есть белорусские паспорта. Многие местные исполнители хорошего уровня хотят попробовать себя в более сильном чемпионате. Удержать во внутреннем первенстве всех игроков национальной сборной попросту нереально. Если бы на шесть легионерских позиций мы могли взять белорусов такого же уровня, с удовольствием сделали бы это.

– Кстати, как вы относитесь к нынешнему лимиту на легионеров в чемпионате Беларуси?

– Чтобы рассуждать на эту тему, нужно тщательно изучить вопрос изнутри. Необходимо понимать, какая система подготовки игроков существует в стране. Лимит должен быть чем-то обоснован, нельзя сказать: «А давайте у нас будет играть пять иностранцев». Почему не семь или десять?

Лимит – это искусственно созданная установка для легионеров, игроков с белорусскими паспортами. Правда, из-за ограничения количества иностранцев в клубах не появится больше футбольных манежей. Кстати, сколько их сейчас в Беларуси?

– Три: в Минске, Пинске и Гродно.

– Полноценный манеж с трибунами в Беларуси всего один, при этом на нем чаще проводят выставки, а не матчи. Примерно такая ситуация в Латвии, но у нас всего два манежа. Система подготовки молодых игроков не поменяется, если убрать или ужесточить лимит. Детские тренеры не начнут работать лучше, качество полей не изменится, а развитие футбола в стране во многом зависит именно от этих факторов. Если в чемпионате будет играть белорус только из-за своего паспорта, это не приведет ни к чему хорошему. Посмотрите, что происходит в России. Сколько там было дискуссий по этому поводу, но результаты сборных страны все хуже и хуже.

Сейчас нужно активно обсуждать и улучшать систему подготовки детей, инфраструктуру и уровень детских тренеров в школах, а не размышлять об ужесточении лимита на легионеров. Мол, это поможет поднять уровень футбола в стране. К сожалению, у многих функционеров именно такой менталитет. Для улучшения всего, что я сказал выше, нужны годы, а многие часто хотят придумать что-то такое, что позволит без особых усилий и почти мгновенно улучшить всё. Чудес не бывает. Я говорю не о какой-то конкретной стране. Такая ситуация во многих регионах. Могу дискутировать на подобную тему в Латвии. Про Беларусь пока не готов обсуждать столь глубокие вопросы. Нужно время, чтобы детально понять какая тут ситуация, тогда и можно высказаться на тему – какой должен быть лимит и должен ли быть вообще.

***

– Нынешней зимой всех удивил трансфер Сергея Хижниченко. Как вам удалось заманить футболиста из денежного чемпионата Казахстана в Беларусь?

– Это не первая попытка Сергея перебраться в Европу. Хижниченко уже играл в чемпионате Польши, где зарплаты в разы ниже, чем в Казахстане. Уже тогда он показал, что деньги для него не самое главное. Человек не скрывает, что хочет перебраться в хороший европейский чемпионат. Надеюсь, его вторая попытка будет более успешной. Не все же футболисты думают только о финансах.

«Останься он в Казахстане, получал бы минимум 20 тысяч». Самый необъяснимый трансфер белорусского межсезонья

– Говорят, зарплата Хижниченко в «Шахтере» одна из самых больших. Это правда?

– Мы не будем обсуждать финансы. Это конфиденциальная информация, которую не может разглашать ни одна из сторон. Какая разница, кто и сколько зарабатывает? Если дать человеку зарплату в три раза больше, он не станет играть в три раза лучше.

– Сейчас в команде, по сути, три однотипных форварда: Януш, Хижниченко, Лаптев…

– Не согласен, что это нападающие исключительно таранного типа. Каждый из них обладает различными качествами, это разноплановые форварды. Лаптев – фактурный нападающий, который может продавить оборону и здорово сыграть на втором этаже. Его практически нереально сдвинуть с места. Этот парень умеет извлекать плюсы из своих физических данных.

Януш – машина для забивания мячей. Все знают, что ему достаточно полумомента, чтобы сделать гол. Он окажется в нужное время в нужном месте и спокойно покатит мяч в нужный угол.

Хижниченко – очень трудоспособный футболист, который всегда будет напрягать оборону. Он может сыграть неординарно, в том числе и в подыгрыше. В общем, каждый из них имеет свои плюсы. Каждого нападающего можно использовать и при системе с одним форвардом, и в связке. Любой из этих вариантов будет интересным. Считаю, наличие таких игроков в команде – это только плюс.

– В центре полузащиты у «Шахтера» будут играть Олехнович и Алексиевич, которые долгое время находились без практики. Вас это не смущает?

– Не смущает. На это можно смотреть под разным углом. Конечно, можно рассуждать о том, что футболисты давно не играли и находятся не в лучшем тонусе. Разумеется, игровой тонус – это очень важный момент, но не нужно забывать, что у нас очень долгая предсезонка, по сути, три месяца. За это время форму можно набрать, растерять и снова набрать. С другой стороны люди долгое время не выходили на поле и успели соскучиться по игре. У них много желания доказать, что они все еще могут выступать на высоком уровне. Мы уверены в каждом игроке, который пришел в клуб, и в тех, кто остался с прошлого сезона.

– Кстати, насколько сложными были переговоры с БАТЭ по трансферу Олехновича?

– Ситуация была патовая. Вряд ли Эдгар и БАТЭ рассматривали вариант дальнейшего сотрудничества. Нужно было найти компромисс и немного подождать. Шел нормальный рабочий процесс.

– Как относиться к тому, что футболист вашего клуба частично оплатил трансфер собственными деньгами?

– Такая практика достаточно распространена. Наверное, это в первую очередь подчеркивает профессиональные качества футболиста, который не хочет просто так сидеть в клубе и получать за это деньги. Олехнович в первую очередь думает о своей карьере, а не о финансах. Это очень здорово характеризует человека.

Эдгар Олехнович: «Раньше БАТЭ играл с душой, а сейчас превратился в машину для зарабатывания, которая иногда сбоит»

– Расскажите чуть подробнее о ваших болгарских и хорватских новичках.

– Это квалифицированные игроки, других мы не приглашаем. У нас был расширенный список исполнителей на каждую позицию. Начали отсеивать игроков. После начался переговорный процесс. Не каждого футболиста мы могли пригласить в Солигорск, и не каждый был готов сюда ехать. Новички, которые в итоге оказались в клубе, не находились внизу этого списка, мы взяли практически всех игроков, которых хотели.

– Правда ли, что в «Шахтере» мог оказаться Игорь Шитов?

– Теоретически возможно все. Это квалифицированный игрок сборной Беларуси. Наверное, отрицать то, что он бы мог усилить «Шахтер», было бы просто глупо. Но давайте будем говорить о футболистах, которые пришли в клуб. Какой смысл рассуждать о тех, с кем теоретически мог быть подписан контракт? У Шитова трудовые отношения с «Астаной», которая два года подряд играет в групповой стадии еврокубков и побеждает в чемпионате. Конечно, теоретически все возможно, но вряд ли бы он поехал играть в аренду в «Шахтер».

– Ваш болгарский новичок Иван Караджов после перехода в «Шахтер» сообщил местным СМИ, что его зарплата выросла в семь раз. Это правда?

– Он не говорил этого. Иван рассказывал, что очень рад приглашению в «Шахтер», и что предложение было очень хорошим. В понятие «хорошее предложение» входит статус клуба, возможность играть в еврокубках, инфраструктура. Речи о финансах не шло. Информация, что его зарплата стала в семь раз больше, просто не соответствует действительности.

Кстати, обратил внимание, что в белорусских СМИ часто появляется информация, в которой журналисты ссылаются на какие-то группы в социальных сетях и другие сомнительные источники. По-моему, это не очень профессионально. Так можно скатиться до источников вроде «скамейка у подъезда» или «забор во дворе», поэтому я всегда готов ответить на любой вопрос о «Шахтере», если это не касается какой-либо конфиденциальной информации.

– Типа бюджета «Шахтера» на трансферы?

– Конечно, это конфиденциальная информация. В общем, я в любой момент могу ответить практически на любой вопрос журналистов, чтобы ложная информация не разгуливала по интернету.

***

– В январе «Шахтер» подписал контракт с голкипером Андреем Саковичем, а в марте разорвали с ним соглашение. Что случилось?

– Считаю, здесь не произошло ничего экстраординарного. Такое бывает. Брали парня с расчетом на то, что он станет конкурентом Бушмы. Во время сборов не смогли убедиться в этом, поэтому пришлось в сжатые сроки искать выход из ситуации. Мы ничего не делали за спиной человека. Беседовали с Андреем, все объяснили. При расставании пожали друг другу руки и пожелали удачи. Надеюсь, эта ситуация не скажется на дальнейшей карьере Андрея.

– Кстати, практически все новички пришли в «Шахтер» без просмотра. Может, просмотр мог предотвратить эту не самую приятную ситуацию?

– Современные клубы практически не работают через просмотры. Видел много сильных игроков, которые во время просмотров выглядели очень бледно. Не каждый футболист готов к этому, все-таки приходится преодолевать серьезный стресс. Человек может один раз сыграть неудачно, и к нему уже будет предвзятое отношение. Или футболист приедет и проведет три лучших игровых дня в своей жизни, а потом будет серой тенью себя.

Мы брали игроков без просмотров, но владели всей информацией о них. Каждого из новичков «Шахтера» я видел вживую. По каждому футболисту мы имели конкретное представление. Смысл лишний раз смотреть на игрока? Мы прекрасно знали уровень каждого из тех, кого взяли в клуб.

– С главным тренером и новичками команды заключены контракты на два года и более. Получается, проект нового «Шахтера» будет жить как минимум это время?

– Слово «проект» не совсем корректное. «Шахтер» как был клубом с историей, с традициями и амбициями, так им и остался. Сюда не пришли какие-то арабские шейхи, которые все перевернули. Клуб просто немного обновился. Что касается долгосрочных контрактов, мы хотим работать на перспективу. Тем более берем игроков достаточно молодых. Если с футболистами подписывается сезонное соглашение, то уже в середине чемпионата он начинает думать о своем будущем. Человек находится в подвешенном состоянии и не может полностью сконцентрироваться на игре, в этом большой минус.

– Давайте закругляться. Самый главный вопрос межсезонья: за счет чего «Шахтер» может отобрать чемпионство у БАТЭ?

– Все будет зависеть от качества работы всего клуба. Клуб – большой организм, в котором если будет сбоить один орган, то начнут страдать все. Чемпионом можно стать, если все люди, причастные к «Шахтеру» будут работать слаженно. Я не говорю, что этого не было раньше, это не мое дело. Я лишь говорю о будущем и настоящем. В общем, нет ничего невозможного.

– «Шахтер» может взять «золото» уже в этом сезоне?

– В нынешнем чемпионате хватает серьезно укомплектованных команд, которые будут бороться за высокие места. Сезон будет очень интересным, сложно что-то загадывать. Хотим ли мы выиграть чемпионат? А есть на свете клуб, который не хочет стать чемпионом? Что получится на практике - посмотрим. Зачем бегать и кричать на каждом углу о том, что «Шахтер» хочет стать чемпионом? Это не наш стиль. Будем работать. Если сделаем это качественно, то результат придет. 

Фото: Кирилл Павлович, личный архив Дмитрий Хохлова

+31
Популярные комментарии
aist
+19
А если по делу, то у человека есть достижения за спиной! А не пустой трепет, долги и 11-е место! Пусть у Шахтера все получится!
aist
+19
"Так можно скатиться до источников вроде «скамейка у подъезда» или «забор во дворе»"

Привет! Здесь и не поднимались со скамейки))
aist
+14
"Почему команду покинули лидеры команды последних сезонов Артем Старгородский и Александр Юревич?"

Ну что за вопрос? Если бы не покинули, то на трибуне статья вышла, мол Шахтер держит игроков, которым давно пора уйти))
Написать комментарий 13 комментариев
Реклама 18+