Новичок минского «Динамо» – про финты Ледесмы, жадность Стрельцова и опухоль, с которой отыграл финал Кубка

Михаил Козлов наконец-то перешел в белорусский топ-клуб, хотя еще раньше его хотели БАТЭ и «Шахтер».

В декабре минское «Динамо» усилилось Михаилом Козловым. Один из самых недооцененных опорников «вышки» наконец-то перебрался в белорусский топ-клуб и готов всерьез бороться за медали.

В «Витебске» играет, пожалуй, самый недооцененный опорник чемпионата. Партнеры отправляют его в сборную

За несколько дней до трансфера полузащитник встретился с Александром Ивулиным, чтобы поговорить за жизнь. Получилось интересно. В ближайшие полчаса вас ждет много историй о веселом безденежье в «Днепре», жадности Валерия Стрельцова, жесткости физиотерапевта Виталия Милютина и желании сыграть в финале Кубка, которое могло обернуться трагедией. 

– Тебя как воспитанника могилевского футбола волнует то, что сейчас происходит с «Дняпро»? 

– Не могу сказать, что «Дняпро» – родная для меня команда. Но сейчас обидно за весь могилевский футбол. Когда все хорошо – все хотят иметь отношение к клубу, когда все плохо – он никому не нужен. Посмотри, в 2019-м ребята сезон играли без премий, которые им обещали, и еще полгода сидели без зарплаты. Не знаю, как они сейчас все это переживают.

– В свое время с «Днепром» ты играл в плей-офф Лиги Европы. Но, кажется, и тогда футбол в Могилеве был особо никому не нужен…

– Та Лига Европы – это что-то космические. У клуба не было денег, но мы, веселые и голодные, привезли в Могилев «Вильярреал». Сейчас не могу представить, как можно было двое суток в 30-градусную жару ехать на автобусе в Чехию, а там взять и обыграть «Баник». Как сейчас помню тот зеленый автобус. Узенький такой «Мерседес», в котором мы ехали в одних трусах. Жара невероятная, ноги отекают, но едешь и еще умудряешься веселиться. 

– За двое суток в автобусе можно сойти с ума? 

– Мы и сходили :). Помню, сидели с ребятами на задних сидениях. Перед нами спал вратарь Илья Моталыго. Едем, и тут ко мне поворачивается Саня Быченок. У него в руках шоколадка, которая из-за жары уже превратилась в гель. Говорит: «Давай ее Ильюхе на лицо выдавим, может, во сне размажет. Посмеемся». Отвечаю Сане: «Ты совсем уже с ума сошел? Ильюха же нас убьет!» Но Бычу уже было не остановить. Он выдавил эту шоколадку на лицо нашему вратарю, а тот во сне взял и реально ее размазал. 

– За эту выходку сильно досталось от Моталыго? 

– Не, у него все в порядке с чувством юмора :).

– В те времена ситуация с деньгами в могилевском футболе была плюс-минус, как в прошлом году в «Дняпро»? 

– Да, задержки были и в 2009-м, и в 2010-м. Более-менее стабильный период был только в момент, когда командой руководил Вячеслав Геращенко. Самое интересное, что во времена безденежья были разные истории. Встречаешься с серьезными руководителями, спрашиваешь, когда отдадут зарплату, а они смотрят на тебя: «Как вам не дали зарплату, если мы деньги перечислили?» Приезжаешь в клуб, а там говорят: «Вы что? Никаких денег не было». В такие моменты в голове крутились всякие мысли. Кстати, ты же в свое время приезжал к нам на базу? 

– Да. Меня очень «впечатлил» ваш бассейн…

– Ага, если зайти в него без сланцев, то поймаешь грибок размером больше, чем нога:).

– И, конечно, куда же без пакетов вместо стекол в жилых корпусах…

– В те времена на каждую комнату выдавали электрические обогреватели. Правда, если их включали одновременно, то на базе выбивало пробки и приходилось сидеть без света. Поэтому включали обогреватели по очереди. Когда ложились спать, надевали по две пары штанов, по трое подштанников, по несколько баек и курток. Лежишь во всем этом под одеялом, трясешься, а на следующий день игра. Весело :).

– Чтобы согреться на базе, вы постоянно тусовались вместе?

– Да, и дублеры, и основа постоянно собирались в холле. Не помню, чтобы кто-то прятался по комнатам. Может быть, только старики сидели где-то и читали книги. 

– Кто в том «Днепре» больше всех воспитывал молодежь? 

– Наверное, Дмитрий Сергеевич Калачев. Сейчас страшно вспоминать, что он творил. Хорошо, по молодости я особо с ним не пересекался на поле, потому что играл в центре полузащиты. Но ребятам, которые играли против него на фланге, хорошенько доставалось. Если обыгрываешь Калачева, он не будет считать до двух и не станет догонять. Пацаны только и слышали: «Малой, вставай, чего ты валяешься». Зато за полем Дмитрий Сергеевич – добрейшей души человек. Постоянно собирал малых вокруг себя, хорошо общался с ними, учил жизни. 

– Кто он воспитывал тебя? 

– Меня под крыло взяли дружбаны Мотя и Быча, поэтому старики меня особо не трогали. Например, редко отправляли с базы в магазин. От базы до него нужно было идти два или три километра по лесу. Не знаю, как пацаны ходили там в одиночку. Чтобы ты понимал, ночью спишь на базе и слышишь, как вокруг волки воют :).

 

– У меня в голове не укладывается, как в таких условиях «Днепр» смог пробиться в плей-офф Лиги Европы. 

– Если честно, даже не верилось, что мы прошли три раунда квалификации. Помню, полетели в Албанию, вышли на поле, а там такая жара! Соперники живенько так бегают, а нам ну очень тяжело. С большим трудом скатали ничью, а дома вынесли албанцев 7:1. Потом полетели в Норвегию – снова космос. На предматчевой тренировке к нам подходят: «Какую температуру искусственного газона включить, чтобы вам было комфортно?» Вышли на «синтетику» – просто сказка: покрытие шикарное, его еще полили… Играем 2:2, а потом нам не забивают два пенальти: сначала Руслан Копанцов потащил, а потом соперник пробил выше. В итоге прошли норвежцев, а затем и «Баник».

Матч с «Вильяреалом» в Испании – это было что-то. Понятно, стадион не был заполнен полностью, все-таки в гости приехал «Днепр», а не мадридский «Реал». Но все равно было приятно играть. Круто, что болельщики аплодировали удачным действиям и одной, и другой команды. Правда, в первом тайме нас полностью уничтожили. Соперники играли в одно-два касания! Это казалось чем-то невероятным! Но во второй половине они чуть нас отпустили. Федька [Федор Черных] начал показывать свои финты. Обыграет одного-двух – стадион тут же взрывается. Тогда сам понял, что для испанцев футбол – это искусство.

– Говорят, после этих матчей Вова Юрченко мог переехать в Испанию…

– Знаешь, обидно за Вову. Но он сам понимает, что виноват в загубленной карьере. В том сезоне Юрченко особо не прилагал усилий на тренировках, но делал результат. Все за счет колоссального таланта. На тренировках «хи-хи», «ха-ха», а потом выходит на поле и забивает два. Что ему скажешь после этого?

– Твоя любимая история про Юрченко? 

– Перед тренировками он постоянно рассказывал, как всем давал деньги в долг. А потом подходил: «Ой, хлопцы, а дайте на такси». Еще всегда играл в нарды с Сазанковым. И знаешь, какие у них были ставки? 

– Какие? 

– Одна партия – триста сникерсов. Там была такая бухгалтерия! Сумма банка доходила до миллионов сникерсов, твиксов и бананов. Но, понятное дело, никто ничего никому не отдавал.

***

– Пять лет назад ты с конфликтом покинул «Днепр»…

– Давай начнем издалека. Сразу после того, как мы в 2012-м вылетели из «вышки», я вместе с другими ребятами подошел к фанатам «Днепра». Мы пообещали, что останемся в команде на следующий сезон и вернем ее в элиту.

– У тебя же тогда были предложения? 

– Да, но самые реальные предложения были после того, как «Днепр» удачно выступил в еврокубках. Меня звали в БАТЭ, но Андрей Викторович Скоробогатько сказал, что мне еще рановато в Борисов. Если честно, даже сейчас немного волнительно переходить в топ-клуб. 

– Как тебя звали в БАТЭ?

– Мне позвонил Виктор Гончаренко: «Миша, привет! Это Виктор Михайлович. Нравится твоя игра, будем следить за тобой и Федей Черных». Потом он периодически мне позванивал. Ближе к концу осени Гончаренко сказал: «Попробуем тебя выкупить. Но сам знаешь, с Валерием Ивановичем сделать это будет тяжеловато». Потом мы встретились с Андреем Викторовичем [Скоробогатько]. Он сказал, что это действительно будет сложно. Правда или нет, но слышал, что за Федьку Валерий Иванович просил чуть ли не миллиона долларов.  

– Сколько просили за тебя? Тысяч 500? 

– Зная Валерия Ивановича, я бы даже не удивился. Понятное дело, тогда никто никуда не перешел. 

– Почему ты решил уйти в «Витебск» после того, как «Днепр» в 2015-м проиграл «северянам» «стыки» за право играть в «вышке»?

– Окончательно понял, что в руководстве «Днепра» творится какая-то ерунда. Плюс методы Валерия Ивановича… Мне не хотелось с ним работать.  

– Почему? 

– Когда человек, который не является главным тренером, приходит на тренировки и рассказывает, как играть… Если бы он еще говорил что-то толковое, но он нес такой бред! Например, идет тренировка, он дает свисток, выходит в середину поля и начинает: «Что ты делаешь? Куда ты побежал? Вратарь, становись в ворота, будет отрабатывать скидку каблуком и удары». Как-то во время «квадрата» он остановил меня: «Почему ты так играешь?» Я объяснил, что это базовые тактически действия. Он начал рассказывать, что так делать неправильно. Я же отстаивал свою точку зрения. В итоге Стрельцов усадил меня лавку. Наверное, туров семь я не играл, но потом Валерий Иванович чуть остыл и снова начал меня выпускать. Правда, периодически мы все равно «закусывались». Просто если я вижу несправедливость или некомпетентность, то просто не могу молчать.  

– Это единственный тренер, с которым ты так рубился? 

– Да, хотя я не могу назвать его тренером, потому что не знаю, как он тренировал раньше. Но, на мой взгляд, этот человек с точки зрения тренерской работы совсем некомпетентен. 

– Тебе сложно было уходить из «Днепра»? 

– Я хотел уйти в 2015-м, потому что команде не платили зарплату. После окончания сезона в канун новогодних праздников мне позвонил Игорь Гаврилович Чумаченко: «Сергей Боровский ищет в «Шахтер» опорного полузащитника. Я предложил твою кандидатуру. Ты не против поехать в Солигорск?» Позвонил Дмитрию Сергеевичу Калачеву. Он сказал, чтобы я ехал на просмотр и не думал, мол, с Ивановичем как-нибудь разберемся. Я съездил. После просмотра Боровский подозвал: «Миша, бесплатно мы бы тебя взяли, но с Валерием Ивановичем тяжело разговаривать. Если компенсация будет небольшой, мы тебя выкупим». Приехал в Могилев, пошел на разговор со Стрельцовым. Он говорит: «Миша, мне звонил Боровский. Они готовы тебя выкупить. Никаких вопросов, езжай, я даже не буду за тебя денег просить». Я стою и не понимаю, как такое возможно. Не может быть, чтобы Валерий Иванович не просил денег за трансфер. Но тут Стрельцов продолжил: «Денег просить не буду, но за тебя мне нужны два футболиста основы «Шахтера». Ну вот и как тут быть? Начал просить, чтобы Иванович отпустил, но с ним было невозможно разговаривать. Тогда сказал: «Вы же понимаете, что я напишу заявление в суд и уйду бесплатно». Стрельцов сказал, мол, делай, что хочешь. Пришел домой расстроенный, а у меня было три-четыре дня до того, как «Шахтер» отправится на сборы. Боровский сказал: «Если успеешь решить все вопросы, то ждем тебя в команде». Я уже точно понял, что с таким отношением в «Днепре» не останусь. Пошел в гражданский суд, написал бумагу. Потом мне позвонил Дмитрий Сергеевич: «Миша, зачем ты подал заявление?» Я объяснил, что не хочу все это терпеть. Калачев сказал, что нужно забрать бумагу, и пообещал все решить цивилизованно. Он сдержал свое слово, меня уволили, а я потом забрал документы из суда. Звоню Боровскому, а команда уже улетела на заграничные сборы. Если бы чуть-чуть раньше решил все вопросы, стал бы игроком «Шахтера».

– Сильно загнался? 

– Если честно, то да. Но еще до всей этой истории мне звонил директор «Витебска», звал к себе. Я объяснял, что из-за судов процесс расставания может затянуться, но Николай Иванович [Войтюховский] говорил, что будет ждать. Из других вариантов были «Нафтан» и «Торпедо-БелАЗ». В итоге я решил перебраться в «Витебск». 

***

– В свое время тебя звали в БАТЭ, тобой интересовались минское «Динамо» и «Шахтер», а в 25 лет ты переходишь из бедствующего «Днепра» в «Витебск», который только-только оказался в «вышке». Это сильно бьет по мозгам? 

– Конечно! Хотя я радовался за тех же Мотю, Бычку, Федьку, которые играли в хороших командах и чего-то добивались. Я же, по сути, сидел на месте. Было тяжеловато психологически. Тем более когда во время отпуска сидишь дома и гоняешь мысли по кругу. Тогда было трудно, но после подписания с «Витебском» стало полегче. Знал многих ребят из команды, стал потихоньку вливаться в коллектив. 

– Но в первом же сезоне в «Витебске» тебе снова пришлось бороться за выживание…

– Думал, не дай Бог второй раз подряд вылететь. Тогда бы точно загнался. Но радовало, что руководство не нагнетало. Иванович [директор клуба Николай Вайтюховский] выплачивал зарплату день в день, создавал условия. Может быть, тогда где-то Сергею Александровичу Вехтеву не хватило опыта. Вместо него «Витебск» возглавил Сергей Михайлович Ясинский, которому стал помогать Виталий Милютин. Он привез с собой столько всякой аппаратуры: центрифуги, катапульты, различные датчики – просто фантастика! Нам стали давать упражнения, которых я до этого в жизни не видел. 

– Что удивило больше всего? 

– Когда команду возглавил Михайлович, я был травмирован. Раньше как было? Бегаешь по кругу и восстанавливаешься сам. Хорошо, если врачи хотя бы скажут о сроках восстановления. В общем, пришел я на тренировку, и Витальевич (Милютин – Tribuna.com) говорит: «Миша, а что у тебя?» Я рассказал, что повредил боковую связку. Он ответил: «Тогда будем заниматься персонально». На следующий день пришел на тренировку, а там примерно 20 станций для работы над укреплением связки. Работали с Милютиным два-три часа. Было очень интересно! У него 50 видов резинок, всякие валики, ролики, батуты… И он дает не просто беготню. Все строится через работу с мячом. Реально получал от этого удовольствие, потому что Витальевич объяснял, зачем и для чего делаются конкретные упражнения. 

– Очень круто! 

– Но в сезоне-2018 Витальевич разошелся:). Он так нас гонял! У нас была серия из 16 матчей без поражений, уже где-то хотелось расслабиться, но Милютин не позволял этого сделать. Например, выиграли матч со счетом 4:0, а на следующий день после выходного он дает бега в сумасшедшем темпе. Первый круг не вложились в норматив. Он собирает всех: «Нужно пробежать десять кругов в таком-то темпе. Если хоть раз не укладываетесь, то круг аннулируется». В общем, было тяжело. 

При этом Милютин не был каким-то деспотом, наоборот, очень тонко чувствовал атмосферу в коллективе. Например, если замечал, что команда выглядит прибитой, то прямо среди недели говорил: «Все, завтра выходной. Поедем на природу или в какой-нибудь ресторан». И после этого мы побеждали. И еще один его плюс – Милютину было все равно кому пихать, молодому или старому. Если не выполняешь задание – будешь получать. Не каждый обладает таким качеством. 

– Как Милютин пихал тебе? 

– Бывало, закусывались с ним, но это рабочие моменты. Особые отношения у Милютина были с Мотей. Перед прошлым сезоном поехали на сборы в Турцию. Там на утро после товарищеского матча у нас была тренировка. Перед ней Витальевич сказал взять на поле тренировочные  ролики. Началось занятие, а ролика нет только у Моти. Витальевич тогда был не в духе: «Мотя, где твой ролик?» Антон начинает отшучиваться. Милютин говорит: «Давай, беги за ним!» Мотя что-то смеется, мол, зачем, не побегу. Тут Витальевич так взорвался: «Побежал, я сказал! А пока он бежит, вся команда будет отжиматься». Мы не отжимались, но Витальевич здорово ему напихал. Потом Мотя вернулся и принес с собой всю лабораторию Милютина. Представляешь, что это за картина! 

– Зато после работы с Милютиным у Антона наконец-то появился пресс:).

– Ну да, все шутят, что после перехода в «Витебск» Мотя впервые в жизни решил играть без лишнего. Если Витальевич заставил Рафу [Ледесму] похудеть, что тогда говорить о Моте?

– Ледесма приехал к вам совсем разобранным? 

– Витальевич протестировал его, а потом сказал, что нужно скинуть хотя бы три-четыре килограмма. И Рафа скинул, хотя все равно толком не двигался :).

– Ледесму обожали болельщики «Витебска», а каково тебе было играть под ним? 

– Я точно не кайфовал :). Спроси у пацанов, Рафа был моим любимчиком. Постоянно орал на него. Ледесма сделает два финта – стадион взорвется, но нередко эти финты обрезали всю команду. И всем приходилось бежать назад и отрабатывать. Иногда после очередного обреза говорил Рафе: «Ты издеваешься что ли?» Но Михайлович сглаживал углы: «Мишаня, ты же понимаешь, что Рафа не будет бегать назад. Пусть куражится впереди. Его работа – создавать креатив, твоя – отбирать мячи». Со временем привыкли друг к другу. Тем более в техническом плане Рафа на самом деле очень сильный.  

– В плане техники с Ледесмой мог соперничать только Матвеенко? 

– Наверное, но Рафа делал финты больше для красоты, а у Моти мяч реально привязан к ноге. Кажется, Ледесма – совсем не быстрый, но на шаге мог убрать кого угодно. В те времена от меня и Вандерсона требовалось доставить мяч игрокам группы атаки, а они уже что-то рисовали. Тогда все работало как часы. В том числе благодаря физической подготовке. Каким бы ты ни был технарем, но без «физики» не сможешь выполнять все тренерские задумки. В сезоне-2018 все просто кайфовали! Плюс тогда у нас была крутая скамейка запасных. Каждый, кто выходил на поле с замены, усиливал игру. В прошлом году не хватало такой глубины состава. 

– Ощущение, что в любом случае будешь играть, расслабляло? 

– Есть немного. Тебе говорят, мол, соберись и работай лучше, но все равно где-то просачивается мысль: «Я все равно выйду в стартовом составе и сделаю все в лучшем виде». Видел, как из-за этого некоторые ребята не полностью выкладывались на тренировках. 

– Не обидно, что после сезона-2018 не перешел в «Шахтер»? Тебя же звали в Солигорск...

– Звонки были, но я решил остаться. На меня выходили где-то в середине октября, но в «Витебске» все было так классно, что даже не думал куда-то уходить. Плюс был очень благодарен клубу. Все-таки меня пригласили в «Витебск», когда я оказался в очень тяжелой ситуации. Чувствовал, что должен остаться и помочь команде. 

– Но многие лидеры того «Витебска» решили уйти…

– Я был рад за ребят. Жаль только, что прошлый сезон у Кирюхи Вергейчика не получился. Но, наверное, больше всего рад за Наумова. Он просто красавчик!  

– Почему Никита Наумов – красавчик?

– Это самый сильный защитник, с которым я когда-либо играл. Может быть, в прошлом году у нас где-то и не получалась игра первым номером, потому что наши защитники не владели такой передачей. 

– Объясни, как в сеть попали фотки со дня рождения Наумова перед прошлогодним матчем с брестским «Динамо»

– Идиотская ситуация! Понятно, что сами футболисты не стали бы выкладывать в сеть фотографии, но там было много людей. Еще эта дурацкая фотография с бутылками. Просто на дне рождения был конкурс на лучшее фото с манекеном Наума. Мы как настоящие могилевские ребята пошли соображать. Ну и сообразили такое фото. И все это попало в сеть накануне игры с брестским «Динамо». 

– Получили за это нагоняй от руководства? 

– Понятное дело. Вроде бы неплохо сыграли матч с Брестом. Если бы сгорели без шансов, то начались бы непонятные разговоры. Поверь, в тот вечер никто не напивался до беспамятства. Тем более день рождения Никиты был за три-четыре дня до матча. Но все равно не очень приятная ситуация.  

***

– Сергей Ясинский все еще крутой тренер? 

– Михайлович – очень хороший тренер, который заставлял играть в футбол. Если человек прятался от мяча, Ясинский так психовал! Постоянно пихал: «Вы должны играть в футбол!» Вообще в Витебске подобрался отличный тренерский штаб, где каждый дополнял друг друга. Ясинский здорово контролировал работу, ему удавалось собрать пазл. О, мы же забыли рассказывать про [Евгения] Чернухина. Он так умудрялся задурить всем голову тактикой в хорошем смысле слова :). 

– Он реально гик? 

– Ты не представляешь. Бывало, из-за ребенка просыпался в пять утра, а через пять минут он присылал мне статью про открывания в опорной зоне. Или, например, играешь против брестского «Динамо», и накануне игры от него приходит миллион сообщений. Вот удары Нойока, вот обыгрыш Мили, вот открывания Лаптева. Порой приходилось успокаивать Юрьевича. Он успокаивался буквально на пять минут, а потом все равно продолжал что-то рассказывать. 

Просто человек помешан на футболе. Постоянно ездит на стажировки за свои деньги. Когда были на сборах в Турции, чуть ли не каждый день ходил общаться к Кононову. Рассказывали, что на какой-то стажировке он три часа общался с Бердыевым и постоянно с ним о чем-то спорил.

– Как себя вели Ясинский и Чернухин в прошлом году, когда у команды многое не получалось? 

– Сразу хочу извиниться перед Сереем Михайловичем. Был момент, когда я себя не очень красиво повел. 

– Расскажешь? 

– Не буду вдаваться в подробности, но был инцидент после матча со «Слуцком». В перерыве Михайлович начал пихать: «Ребята, соберитесь, вас возят». Тогда у меня была серьезная проблема со здоровьем. У меня нашли опухоль, поэтому ходил сам не свой. В тот момент в раздевалке я взорвался, начал отвечать Михайловичу. Это было жестко, я повел себя некрасиво. Хочется еще раз извиниться и перед тренером, и перед ребятами.

Вообще, прошлый год для «Витебска» был очень тяжелым. Наверное, все началось со смерти Андрюхи Щербакова. Прекрасно помню тот день. Вечером вожусь с сыном, и тут в группе команды приходит сообщение от Наума: «Тут есть какая-то плохая информация об Андрюхе. Никто ничего не слышал?» Но Наум не сказал, что произошло. Через пять минут Юрьевич присылает голосовое, мол, так и так. Я в шоке! Жена на меня смотрит, а у меня слезы. Включаю это голосовое – у жены истерика. Нахрен это четвертое место, когда людей нет? Когда после отпуска впервые пришел в раздевалку, смотрел на шкафчик Андрюхи, и было не по себе. После этого у нас началась какая-то черная полоса: все стали ломаться, я в Турции чем-то траванулся, потом эту опухоль нашли. Представляешь, у ребят за год было четверо «крестов»! Как это объяснить?  

– Что за опухоль у тебя обнаружили?

– Как-то стою перед зеркалом, подходит жена: «Что у тебя на шее?» Поворачиваюсь, а там какая-то здоровая фигня. Она не болела, но я все-таки пошел к клубному доктору. Решил, надо что-то делать с этой штукой. Договорились на узи в Витебске. Сходили к врачу. Он говорит, мол, что-то похожее на бранхиогенную кисту, но еще не точно. Понесли снимок более опытному специалисту, он говорит: «Это не киста, просто лимфоузел воспалился. Попей антибиотиков, пройдет». Не послушался и через Мотю договорился на КТ в Могилеве. Там сказали, что это опухоль, которую срочно нужно вырезать. Мол, она может лопнуть в любой момент, и тогда все будет очень плохо. Быстро поехал в Минск, где хирург даже наощупь определил кисту. Все это обнаружилось где-то за месяц до финала Кубка. Нужно было срочно ложиться на операцию, но я сказал, что все сделаю уже после финала. Правда, если бы эта гнойная киста взорвалась, все могло закончиться очень трагично. 

– Ты понимал, что ради этого финала рискуешь жизнью?

–  Я очень хотел сыграть в финале! Хотелось выиграть этот Кубок для Андрюхи. Увы, не получилось. А через два дня после финала я поехал в больницу. Прошел через недельный ад! После операции вставили в шею здоровую трубку, она шла через все тело и через специальный дренаж гоняла кровь. Пришлось восемь дней ходить со специальной бутылочкой на шее. Повернуться нельзя – все тело болит. Слава Богу, все закончилось хорошо. Уже через две с половиной недели вышел на замену в матче с брестским «Динамо». 

– Почему ты все-таки решил покинуть «Витебск»?

– Видел, что в этом году из команды уйдет еще больше ребят, хотя к концу сезона у меня не было особых предложений. Если честно, ко мне никто и не подходил по поводу продления контракта. Пацаны спрашивали у Ивановича: «А чего вы не предлагаете Мише продлиться?» Он отвечал: «Знаю, что у него есть предложения, и он уйдет». Потом действительно появились варианты, и я пошел к Ивановичу: «Хочу попробовать себя в другом клубе, но пока без конкретики». Он сказал, что нет никаких проблем. Мы еще минут десять посидели за столом, поговорили о будущем «Витебска». На прощание сказал: «Иванович, дайте хотя бы вас обниму».

– Николай Вайтюховский – хороший руководитель? 

– Иванович делает все, что обещает. Считаю, это идеальное качество для руководителя. Вайтюховский – жесткий и требовательный, но редко демонстрирует эти качества публично. Когда все ну очень хреново, он может зайти в раздевалку и в грубой форме высказать претензии. В прошлом году мы два месяца не могли выиграть. Иванович зашел: «Ребята, премии замораживаются, пока вы хотя бы пару матчей не выиграете. Потом все отдам». После этого мы проиграли один матч, второй… Иванович приходит и спокойно говорит: «Блин, ребята, не знаю чем вас еще пугать. Завтра все отдам, я вам ничего не должен». Человек вышел из раздевалки, а нам стало так стыдно! Но после этого выиграли два матча подряд. Короче, Иванович очень человечный. Благодарен ему.

– Грустно уходить из «Витебска» в такой сложный для клуба период?

– Наверное, я отдал клубу все, что мог. Нужно двигаться дальше, попробовать что-то новое. С другой стороны «Витебск» дал мне многое: с ним боролся за выживание, потом за медали, почувствовал вкус еврокубков, едва не выиграл Кубок. Это было хорошее время. Сейчас перехожу в топ-команду по-белорусским меркам. Нужно будет привыкать к новому городу, новому тренерскому штабу, новому коллективу. Хочется проявить себя на более высоком уровне.

Фото: Юрий Бурякин

+71
Популярные комментарии
nefedka0702
+63
Очень хорошее интервью! Понравилось как человек общается,без лишних понтов и пафоса. Мише удачи в Динамо и здоровья!
Шант
+33
удачи и здоровья
nefedka0702
+32
Эйфория,не эйфория,но я в любом случае уверен что человек будет выходить,и не просто отбывать номер на поле,а будет пахать,и биться,нынешнему Динамо очень нужны не безразличные люди
Ответ на комментарий perca fluviatilis
Эйфории от твоего перехода, Миша, не испытал..Но были у нас уже случае когда сильно ошибались. На ум Воронков приходит.В любом случае успеха!
Написать комментарий 21 комментарий
Реклама 18+