Новичок минского «Динамо» – про финты Ледесмы, жадность Стрельцова и опухоль, с которой отыграл финал Кубка

Михаил Козлов наконец-то перешел в белорусский топ-клуб, хотя еще раньше его хотели БАТЭ и «Шахтер».

В декабре минское «Динамо» усилилось Михаилом Козловым. Один из самых недооцененных опорников «вышки» наконец-то перебрался в белорусский топ-клуб и готов всерьез бороться за медали.

В «Витебске» играет, пожалуй, самый недооцененный опорник чемпионата. Партнеры отправляют его в сборную

За несколько дней до трансфера полузащитник встретился с Александром Ивулиным, чтобы поговорить за жизнь. Получилось интересно. В ближайшие полчаса вас ждет много историй о веселом безденежье в «Днепре», жадности Валерия Стрельцова, жесткости физиотерапевта Виталия Милютина и желании сыграть в финале Кубка, которое могло обернуться трагедией. 

– Тебя как воспитанника могилевского футбола волнует то, что сейчас происходит с «Дняпро»? 

– Не могу сказать, что «Дняпро» – родная для меня команда. Но сейчас обидно за весь могилевский футбол. Когда все хорошо – все хотят иметь отношение к клубу, когда все плохо – он никому не нужен. Посмотри, в 2019-м ребята сезон играли без премий, которые им обещали, и еще полгода сидели без зарплаты. Не знаю, как они сейчас все это переживают.

– В свое время с «Днепром» ты играл в плей-офф Лиги Европы. Но, кажется, и тогда футбол в Могилеве был особо никому не нужен…

– Та Лига Европы – это что-то космические. У клуба не было денег, но мы, веселые и голодные, привезли в Могилев «Вильярреал». Сейчас не могу представить, как можно было двое суток в 30-градусную жару ехать на автобусе в Чехию, а там взять и обыграть «Баник». Как сейчас помню тот зеленый автобус. Узенький такой «Мерседес», в котором мы ехали в одних трусах. Жара невероятная, ноги отекают, но едешь и еще умудряешься веселиться. 

– За двое суток в автобусе можно сойти с ума? 

– Мы и сходили :). Помню, сидели с ребятами на задних сидениях. Перед нами спал вратарь Илья Моталыго. Едем, и тут ко мне поворачивается Саня Быченок. У него в руках шоколадка, которая из-за жары уже превратилась в гель. Говорит: «Давай ее Ильюхе на лицо выдавим, может, во сне размажет. Посмеемся». Отвечаю Сане: «Ты совсем уже с ума сошел? Ильюха же нас убьет!» Но Бычу уже было не остановить. Он выдавил эту шоколадку на лицо нашему вратарю, а тот во сне взял и реально ее размазал. 

– За эту выходку сильно досталось от Моталыго? 

– Не, у него все в порядке с чувством юмора :).

– В те времена ситуация с деньгами в могилевском футболе была плюс-минус, как в прошлом году в «Дняпро»? 

– Да, задержки были и в 2009-м, и в 2010-м. Более-менее стабильный период был только в момент, когда командой руководил Вячеслав Геращенко. Самое интересное, что во времена безденежья были разные истории. Встречаешься с серьезными руководителями, спрашиваешь, когда отдадут зарплату, а они смотрят на тебя: «Как вам не дали зарплату, если мы деньги перечислили?» Приезжаешь в клуб, а там говорят: «Вы что? Никаких денег не было». В такие моменты в голове крутились всякие мысли. Кстати, ты же в свое время приезжал к нам на базу? 

– Да. Меня очень «впечатлил» ваш бассейн…

– Ага, если зайти в него без сланцев, то поймаешь грибок размером больше, чем нога:).

– И, конечно, куда же без пакетов вместо стекол в жилых корпусах…

– В те времена на каждую комнату выдавали электрические обогреватели. Правда, если их включали одновременно, то на базе выбивало пробки и приходилось сидеть без света. Поэтому включали обогреватели по очереди. Когда ложились спать, надевали по две пары штанов, по трое подштанников, по несколько баек и курток. Лежишь во всем этом под одеялом, трясешься, а на следующий день игра. Весело :).

– Чтобы согреться на базе, вы постоянно тусовались вместе?

– Да, и дублеры, и основа постоянно собирались в холле. Не помню, чтобы кто-то прятался по комнатам. Может быть, только старики сидели где-то и читали книги. 

– Кто в том «Днепре» больше всех воспитывал молодежь? 

– Наверное, Дмитрий Сергеевич Калачев. Сейчас страшно вспоминать, что он творил. Хорошо, по молодости я особо с ним не пересекался на поле, потому что играл в центре полузащиты. Но ребятам, которые играли против него на фланге, хорошенько доставалось. Если обыгрываешь Калачева, он не будет считать до двух и не станет догонять. Пацаны только и слышали: «Малой, вставай, чего ты валяешься». Зато за полем Дмитрий Сергеевич – добрейшей души человек. Постоянно собирал малых вокруг себя, хорошо общался с ними, учил жизни. 

– Кто он воспитывал тебя? 

– Меня под крыло взяли дружбаны Мотя и Быча, поэтому старики меня особо не трогали. Например, редко отправляли с базы в магазин. От базы до него нужно было идти два или три километра по лесу. Не знаю, как пацаны ходили там в одиночку. Чтобы ты понимал, ночью спишь на базе и слышишь, как вокруг волки воют :).

 

– У меня в голове не укладывается, как в таких условиях «Днепр» смог пробиться в плей-офф Лиги Европы. 

– Если честно, даже не верилось, что мы прошли три раунда квалификации. Помню, полетели в Албанию, вышли на поле, а там такая жара! Соперники живенько так бегают, а нам ну очень тяжело. С большим трудом скатали ничью, а дома вынесли албанцев 7:1. Потом полетели в Норвегию – снова космос. На предматчевой тренировке к нам подходят: «Какую температуру искусственного газона включить, чтобы вам было комфортно?» Вышли на «синтетику» – просто сказка: покрытие шикарное, его еще полили… Играем 2:2, а потом нам не забивают два пенальти: сначала Руслан Копанцов потащил, а потом соперник пробил выше. В итоге прошли норвежцев, а затем и «Баник».

Матч с «Вильяреалом» в Испании – это было что-то. Понятно, стадион не был заполнен полностью, все-таки в гости приехал «Днепр», а не мадридский «Реал». Но все равно было приятно играть. Круто, что болельщики аплодировали удачным действиям и одной, и другой команды. Правда, в первом тайме нас полностью уничтожили. Соперники играли в одно-два касания! Это казалось чем-то невероятным! Но во второй половине они чуть нас отпустили. Федька [Федор Черных] начал показывать свои финты. Обыграет одного-двух – стадион тут же взрывается. Тогда сам понял, что для испанцев футбол – это искусство.

– Говорят, после этих матчей Вова Юрченко мог переехать в Испанию…

– Знаешь, обидно за Вову. Но он сам понимает, что виноват в загубленной карьере. В том сезоне Юрченко особо не прилагал усилий на тренировках, но делал результат. Все за счет колоссального таланта. На тренировках «хи-хи», «ха-ха», а потом выходит на поле и забивает два. Что ему скажешь после этого?

– Твоя любимая история про Юрченко? 

– Перед тренировками он постоянно рассказывал, как всем давал деньги в долг. А потом подходил: «Ой, хлопцы, а дайте на такси». Еще всегда играл в нарды с Сазанковым. И знаешь, какие у них были ставки? 

– Какие? 

– Одна партия – триста сникерсов. Там была такая бухгалтерия! Сумма банка доходила до миллионов сникерсов, твиксов и бананов. Но, понятное дело, никто ничего никому не отдавал.

***

– Пять лет назад ты с конфликтом покинул «Днепр»…

– Давай начнем издалека. Сразу после того, как мы в 2012-м вылетели из «вышки», я вместе с другими ребятами подошел к фанатам «Днепра». Мы пообещали, что останемся в команде на следующий сезон и вернем ее в элиту.

– У тебя же тогда были предложения? 

– Да, но самые реальные предложения были после того, как «Днепр» удачно выступил в еврокубках. Меня звали в БАТЭ, но Андрей Викторович Скоробогатько сказал, что мне еще рановато в Борисов. Если честно, даже сейчас немного волнительно переходить в топ-клуб. 

– Как тебя звали в БАТЭ?

– Мне позвонил Виктор Гончаренко: «Миша, привет! Это Виктор Михайлович. Нравится твоя игра, будем следить за тобой и Федей Черных». Потом он периодически мне позванивал. Ближе к концу осени Гончаренко сказал: «Попробуем тебя выкупить. Но сам знаешь, с Валерием Ивановичем сделать это будет тяжеловато». Потом мы встретились с Андреем Викторовичем [Скоробогатько]. Он сказал, что это действительно будет сложно. Правда или нет, но слышал, что за Федьку Валерий Иванович просил чуть ли не миллиона долларов.  

– Сколько просили за тебя? Тысяч 500? 

– Зная Валерия Ивановича, я бы даже не удивился. Понятное дело, тогда никто никуда не перешел. 

– Почему ты решил уйти в «Витебск» после того, как «Днепр» в 2015-м проиграл «северянам» «стыки» за право играть в «вышке»?

– Окончательно понял, что в руководстве «Днепра» творится какая-то ерунда. Плюс методы Валерия Ивановича… Мне не хотелось с ним работать.  

– Почему? 

– Когда человек, который не является главным тренером, приходит на тренировки и рассказывает, как играть… Если бы он еще говорил что-то толковое, но он нес такой бред! Например, идет тренировка, он дает свисток, выходит в середину поля и начинает: «Что ты делаешь? Куда ты побежал? Вратарь, становись в ворота, будет отрабатывать скидку каблуком и удары». Как-то во время «квадрата» он остановил меня: «Почему ты так играешь?» Я объяснил, что это базовые тактически действия. Он начал рассказывать, что так делать неправильно. Я же отстаивал свою точку зрения. В итоге Стрельцов усадил меня лавку. Наверное, туров семь я не играл, но потом Валерий Иванович чуть остыл и снова начал меня выпускать. Правда, периодически мы все равно «закусывались». Просто если я вижу несправедливость или некомпетентность, то просто не могу молчать.  

– Это единственный тренер, с которым ты так рубился? 

– Да, хотя я не могу назвать его тренером, потому что не знаю, как он тренировал раньше. Но, на мой взгляд, этот человек с точки зрения тренерской работы совсем некомпетентен. 

– Тебе сложно было уходить из «Днепра»? 

– Я хотел уйти в 2015-м, потому что команде не платили зарплату. После окончания сезона в канун новогодних праздников мне позвонил Игорь Гаврилович Чумаченко: «Сергей Боровский ищет в «Шахтер» опорного полузащитника. Я предложил твою кандидатуру. Ты не против поехать в Солигорск?» Позвонил Дмитрию Сергеевичу Калачеву. Он сказал, чтобы я ехал на просмотр и не думал, мол, с Ивановичем как-нибудь разберемся. Я съездил. После просмотра Боровский подозвал: «Миша, бесплатно мы бы тебя взяли, но с Валерием Ивановичем тяжело разговаривать. Если компенсация будет небольшой, мы тебя выкупим». Приехал в Могилев, пошел на разговор со Стрельцовым. Он говорит: «Миша, мне звонил Боровский. Они готовы тебя выкупить. Никаких вопросов, езжай, я даже не буду за тебя денег просить». Я стою и не понимаю, как такое возможно. Не может быть, чтобы Валерий Иванович не просил денег за трансфер. Но тут Стрельцов продолжил: «Денег просить не буду, но за тебя мне нужны два футболиста основы «Шахтера». Ну вот и как тут быть? Начал просить, чтобы Иванович отпустил, но с ним было невозможно разговаривать. Тогда сказал: «Вы же понимаете, что я напишу заявление в суд и уйду бесплатно». Стрельцов сказал, мол, делай, что хочешь. Пришел домой расстроенный, а у меня было три-четыре дня до того, как «Шахтер» отправится на сборы. Боровский сказал: «Если успеешь решить все вопросы, то ждем тебя в команде». Я уже точно понял, что с таким отношением в «Днепре» не останусь. Пошел в гражданский суд, написал бумагу. Потом мне позвонил Дмитрий Сергеевич: «Миша, зачем ты подал заявление?» Я объяснил, что не хочу все это терпеть. Калачев сказал, что нужно забрать бумагу, и пообещал все решить цивилизованно. Он сдержал свое слово, меня уволили, а я потом забрал документы из суда. Звоню Боровскому, а команда уже улетела на заграничные сборы. Если бы чуть-чуть раньше решил все вопросы, стал бы игроком «Шахтера».

– Сильно загнался? 

– Если честно, то да. Но еще до всей этой истории мне звонил директор «Витебска», звал к себе. Я объяснял, что из-за судов процесс расставания может затянуться, но Николай Иванович [Войтюховский] говорил, что будет ждать. Из других вариантов были «Нафтан» и «Торпедо-БелАЗ». В итоге я решил перебраться в «Витебск». 

***

– В свое время тебя звали в БАТЭ, тобой интересовались минское «Динамо» и «Шахтер», а в 25 лет ты переходишь из бедствующего «Днепра» в «Витебск», который только-только оказался в «вышке». Это сильно бьет по мозгам? 

– Конечно! Хотя я радовался за тех же Мотю, Бычку, Федьку, которые играли в хороших командах и чего-то добивались. Я же, по сути, сидел на месте. Было тяжеловато психологически. Тем более когда во время отпуска сидишь дома и гоняешь мысли по кругу. Тогда было трудно, но после подписания с «Витебском» стало полегче. Знал многих ребят из команды, стал потихоньку вливаться в коллектив. 

– Но в первом же сезоне в «Витебске» тебе снова пришлось бороться за выживание…

– Думал, не дай Бог второй раз подряд вылететь. Тогда бы точно загнался. Но радовало, что руководство не нагнетало. Иванович [директор клуба Николай Вайтюховский] выплачивал зарплату день в день, создавал условия. Может быть, тогда где-то Сергею Александровичу Вехтеву не хватило опыта. Вместо него «Витебск» возглавил Сергей Михайлович Ясинский, которому стал помогать Виталий Милютин. Он привез с собой столько всякой аппаратуры: центрифуги, катапульты, различные датчики – просто фантастика! Нам стали давать упражнения, которых я до этого в жизни не видел. 

– Что удивило больше всего? 

– Когда команду возглавил Михайлович, я был травмирован. Раньше как было? Бегаешь по кругу и восстанавливаешься сам. Хорошо, если врачи хотя бы скажут о сроках восстановления. В общем, пришел я на тренировку, и Витальевич (Милютин – Tribuna.com) говорит: «Миша, а что у тебя?» Я рассказал, что повредил боковую связку. Он ответил: «Тогда будем заниматься персонально». На следующий день пришел на тренировку, а там примерно 20 станций для работы над укреплением связки. Работали с Милютиным два-три часа. Было очень интересно! У него 50 видов резинок, всякие валики, ролики, батуты… И он дает не просто беготню. Все строится через работу с мячом. Реально получал от этого удовольствие, потому что Витальевич объяснял, зачем и для чего делаются конкретные упражнения. 

– Очень круто! 

– Но в сезоне-2018 Витальевич разошелся:). Он так нас гонял! У нас была серия из 16 матчей без поражений, уже где-то хотелось расслабиться, но Милютин не позволял этого сделать. Например, выиграли матч со счетом 4:0, а на следующий день после выходного он дает бега в сумасшедшем темпе. Первый круг не вложились в норматив. Он собирает всех: «Нужно пробежать десять кругов в таком-то темпе. Если хоть раз не укладываетесь, то круг аннулируется». В общем, было тяжело. 

При этом Милютин не был каким-то деспотом, наоборот, очень тонко чувствовал атмосферу в коллективе. Например, если замечал, что команда выглядит прибитой, то прямо среди недели говорил: «Все, завтра выходной. Поедем на природу или в какой-нибудь ресторан». И после этого мы побеждали. И еще один его плюс – Милютину было все равно кому пихать, молодому или старому. Если не выполняешь задание – будешь получать. Не каждый обладает таким качеством. 

– Как Милютин пихал тебе? 

– Бывало, закусывались с ним, но это рабочие моменты. Особые отношения у Милютина были с Мотей. Перед прошлым сезоном поехали на сборы в Турцию. Там на утро после товарищеского матча у нас была тренировка. Перед ней Витальевич сказал взять на поле тренировочные  ролики. Началось занятие, а ролика нет только у Моти. Витальевич тогда был не в духе: «Мотя, где твой ролик?» Антон начинает отшучиваться. Милютин говорит: «Давай, беги за ним!» Мотя что-то смеется, мол, зачем, не побегу. Тут Витальевич так взорвался: «Побежал, я сказал! А пока он бежит, вся команда будет отжиматься». Мы не отжимались, но Витальевич здорово ему напихал. Потом Мотя вернулся и принес с собой всю лабораторию Милютина. Представляешь, что это за картина! 

– Зато после работы с Милютиным у Антона наконец-то появился пресс:).

– Ну да, все шутят, что после перехода в «Витебск» Мотя впервые в жизни решил играть без лишнего. Если Витальевич заставил Рафу [Ледесму] похудеть, что тогда говорить о Моте?

– Ледесма приехал к вам совсем разобранным? 

– Витальевич протестировал его, а потом сказал, что нужно скинуть хотя бы три-четыре килограмма. И Рафа скинул, хотя все равно толком не двигался :).

– Ледесму обожали болельщики «Витебска», а каково тебе было играть под ним? 

– Я точно не кайфовал :). Спроси у пацанов, Рафа был моим любимчиком. Постоянно орал на него. Ледесма сделает два финта – стадион взорвется, но нередко эти финты обрезали всю команду. И всем приходилось бежать назад и отрабатывать. Иногда после очередного обреза говорил Рафе: «Ты издеваешься что ли?» Но Михайлович сглаживал углы: «Мишаня, ты же понимаешь, что Рафа не будет бегать назад. Пусть куражится впереди. Его работа – создавать креатив, твоя – отбирать мячи». Со временем привыкли друг к другу. Тем более в техническом плане Рафа на самом деле очень сильный.  

– В плане техники с Ледесмой мог соперничать только Матвеенко? 

– Наверное, но Рафа делал финты больше для красоты, а у Моти мяч реально привязан к ноге. Кажется, Ледесма – совсем не быстрый, но на шаге мог убрать кого угодно. В те времена от меня и Вандерсона требовалось доставить мяч игрокам группы атаки, а они уже что-то рисовали. Тогда все работало как часы. В том числе благодаря физической подготовке. Каким бы ты ни был технарем, но без «физики» не сможешь выполнять все тренерские задумки. В сезоне-2018 все просто кайфовали! Плюс тогда у нас была крутая скамейка запасных. Каждый, кто выходил на поле с замены, усиливал игру. В прошлом году не хватало такой глубины состава. 

– Ощущение, что в любом случае будешь играть, расслабляло? 

– Есть немного. Тебе говорят, мол, соберись и работай лучше, но все равно где-то просачивается мысль: «Я все равно выйду в стартовом составе и сделаю все в лучшем виде». Видел, как из-за этого некоторые ребята не полностью выкладывались на тренировках. 

– Не обидно, что после сезона-2018 не перешел в «Шахтер»? Тебя же звали в Солигорск...

– Звонки были, но я решил остаться. На меня выходили где-то в середине октября, но в «Витебске» все было так классно, что даже не думал куда-то уходить. Плюс был очень благодарен клубу. Все-таки меня пригласили в «Витебск», когда я оказался в очень тяжелой ситуации. Чувствовал, что должен остаться и помочь команде. 

– Но многие лидеры того «Витебска» решили уйти…

– Я был рад за ребят. Жаль только, что прошлый сезон у Кирюхи Вергейчика не получился. Но, наверное, больше всего рад за Наумова. Он просто красавчик!  

– Почему Никита Наумов – красавчик?

– Это самый сильный защитник, с которым я когда-либо играл. Может быть, в прошлом году у нас где-то и не получалась игра первым номером, потому что наши защитники не владели такой передачей. 

– Объясни, как в сеть попали фотки со дня рождения Наумова перед прошлогодним матчем с брестским «Динамо»

– Идиотская ситуация! Понятно, что сами футболисты не стали бы выкладывать в сеть фотографии, но там было много людей. Еще эта дурацкая фотография с бутылками. Просто на дне рождения был конкурс на лучшее фото с манекеном Наума. Мы как настоящие могилевские ребята пошли соображать. Ну и сообразили такое фото. И все это попало в сеть накануне игры с брестским «Динамо». 

– Получили за это нагоняй от руководства? 

– Понятное дело. Вроде бы неплохо сыграли матч с Брестом. Если бы сгорели без шансов, то начались бы непонятные разговоры. Поверь, в тот вечер никто не напивался до беспамятства. Тем более день рождения Никиты был за три-четыре дня до матча. Но все равно не очень приятная ситуация.  

***

– Сергей Ясинский все еще крутой тренер? 

– Михайлович – очень хороший тренер, который заставлял играть в футбол. Если человек прятался от мяча, Ясинский так психовал! Постоянно пихал: «Вы должны играть в футбол!» Вообще в Витебске подобрался отличный тренерский штаб, где каждый дополнял друг друга. Ясинский здорово контролировал работу, ему удавалось собрать пазл. О, мы же забыли рассказывать про [Евгения] Чернухина. Он так умудрялся задурить всем голову тактикой в хорошем смысле слова :). 

– Он реально гик? 

– Ты не представляешь. Бывало, из-за ребенка просыпался в пять утра, а через пять минут он присылал мне статью про открывания в опорной зоне. Или, например, играешь против брестского «Динамо», и накануне игры от него приходит миллион сообщений. Вот удары Нойока, вот обыгрыш Мили, вот открывания Лаптева. Порой приходилось успокаивать Юрьевича. Он успокаивался буквально на пять минут, а потом все равно продолжал что-то рассказывать. 

Просто человек помешан на футболе. Постоянно ездит на стажировки за свои деньги. Когда были на сборах в Турции, чуть ли не каждый день ходил общаться к Кононову. Рассказывали, что на какой-то стажировке он три часа общался с Бердыевым и постоянно с ним о чем-то спорил.

– Как себя вели Ясинский и Чернухин в прошлом году, когда у команды многое не получалось? 

– Сразу хочу извиниться перед Сереем Михайловичем. Был момент, когда я себя не очень красиво повел. 

– Расскажешь? 

– Не буду вдаваться в подробности, но был инцидент после матча со «Слуцком». В перерыве Михайлович начал пихать: «Ребята, соберитесь, вас возят». Тогда у меня была серьезная проблема со здоровьем. У меня нашли опухоль, поэтому ходил сам не свой. В тот момент в раздевалке я взорвался, начал отвечать Михайловичу. Это было жестко, я повел себя некрасиво. Хочется еще раз извиниться и перед тренером, и перед ребятами.

Вообще, прошлый год для «Витебска» был очень тяжелым. Наверное, все началось со смерти Андрюхи Щербакова. Прекрасно помню тот день. Вечером вожусь с сыном, и тут в группе команды приходит сообщение от Наума: «Тут есть какая-то плохая информация об Андрюхе. Никто ничего не слышал?» Но Наум не сказал, что произошло. Через пять минут Юрьевич присылает голосовое, мол, так и так. Я в шоке! Жена на меня смотрит, а у меня слезы. Включаю это голосовое – у жены истерика. Нахрен это четвертое место, когда людей нет? Когда после отпуска впервые пришел в раздевалку, смотрел на шкафчик Андрюхи, и было не по себе. После этого у нас началась какая-то черная полоса: все стали ломаться, я в Турции чем-то траванулся, потом эту опухоль нашли. Представляешь, у ребят за год было четверо «крестов»! Как это объяснить?  

– Что за опухоль у тебя обнаружили?

– Как-то стою перед зеркалом, подходит жена: «Что у тебя на шее?» Поворачиваюсь, а там какая-то здоровая фигня. Она не болела, но я все-таки пошел к клубному доктору. Решил, надо что-то делать с этой штукой. Договорились на узи в Витебске. Сходили к врачу. Он говорит, мол, что-то похожее на бранхиогенную кисту, но еще не точно. Понесли снимок более опытному специалисту, он говорит: «Это не киста, просто лимфоузел воспалился. Попей антибиотиков, пройдет». Не послушался и через Мотю договорился на КТ в Могилеве. Там сказали, что это опухоль, которую срочно нужно вырезать. Мол, она может лопнуть в любой момент, и тогда все будет очень плохо. Быстро поехал в Минск, где хирург даже наощупь определил кисту. Все это обнаружилось где-то за месяц до финала Кубка. Нужно было срочно ложиться на операцию, но я сказал, что все сделаю уже после финала. Правда, если бы эта гнойная киста взорвалась, все могло закончиться очень трагично. 

– Ты понимал, что ради этого финала рискуешь жизнью?

–  Я очень хотел сыграть в финале! Хотелось выиграть этот Кубок для Андрюхи. Увы, не получилось. А через два дня после финала я поехал в больницу. Прошел через недельный ад! После операции вставили в шею здоровую трубку, она шла через все тело и через специальный дренаж гоняла кровь. Пришлось восемь дней ходить со специальной бутылочкой на шее. Повернуться нельзя – все тело болит. Слава Богу, все закончилось хорошо. Уже через две с половиной недели вышел на замену в матче с брестским «Динамо». 

– Почему ты все-таки решил покинуть «Витебск»?

– Видел, что в этом году из команды уйдет еще больше ребят, хотя к концу сезона у меня не было особых предложений. Если честно, ко мне никто и не подходил по поводу продления контракта. Пацаны спрашивали у Ивановича: «А чего вы не предлагаете Мише продлиться?» Он отвечал: «Знаю, что у него есть предложения, и он уйдет». Потом действительно появились варианты, и я пошел к Ивановичу: «Хочу попробовать себя в другом клубе, но пока без конкретики». Он сказал, что нет никаких проблем. Мы еще минут десять посидели за столом, поговорили о будущем «Витебска». На прощание сказал: «Иванович, дайте хотя бы вас обниму».

– Николай Вайтюховский – хороший руководитель? 

– Иванович делает все, что обещает. Считаю, это идеальное качество для руководителя. Вайтюховский – жесткий и требовательный, но редко демонстрирует эти качества публично. Когда все ну очень хреново, он может зайти в раздевалку и в грубой форме высказать претензии. В прошлом году мы два месяца не могли выиграть. Иванович зашел: «Ребята, премии замораживаются, пока вы хотя бы пару матчей не выиграете. Потом все отдам». После этого мы проиграли один матч, второй… Иванович приходит и спокойно говорит: «Блин, ребята, не знаю чем вас еще пугать. Завтра все отдам, я вам ничего не должен». Человек вышел из раздевалки, а нам стало так стыдно! Но после этого выиграли два матча подряд. Короче, Иванович очень человечный. Благодарен ему.

– Грустно уходить из «Витебска» в такой сложный для клуба период?

– Наверное, я отдал клубу все, что мог. Нужно двигаться дальше, попробовать что-то новое. С другой стороны «Витебск» дал мне многое: с ним боролся за выживание, потом за медали, почувствовал вкус еврокубков, едва не выиграл Кубок. Это было хорошее время. Сейчас перехожу в топ-команду по-белорусским меркам. Нужно будет привыкать к новому городу, новому тренерскому штабу, новому коллективу. Хочется проявить себя на более высоком уровне.

Фото: Юрий Бурякин

+72
Реклама 18+
Популярные комментарии
nefedka0702
+63
Очень хорошее интервью! Понравилось как человек общается,без лишних понтов и пафоса. Мише удачи в Динамо и здоровья!
Шант
+33
удачи и здоровья
nefedka0702
+32
Эйфория,не эйфория,но я в любом случае уверен что человек будет выходить,и не просто отбывать номер на поле,а будет пахать,и биться,нынешнему Динамо очень нужны не безразличные люди
Написать комментарий 22 комментария
Реклама 18+