«Лучше помочь больным детям, а не здоровым мужикам, желающим бегать за 1000$». Белспорт глазами бизнес-ангела

Много дельных мыслей от предпринимателя Александра Кныровича, стоявшего у истоков «Смолевичей-СТИ».

alt

Александр Кнырович – известный предприниматель, бизнес-ангел, соучредитель группы компаний «Сармат-СТИ», поддерживающие на определенном этапе клуб «Смолевичи-СТИ», и владелец бара Bristle – говорит о бизнесе в спорте.

– Ваше отношение к белорусскому спорту?

– Я посещаю матчи хоккейного «Динамо». Это великолепные ощущения. Я сопереживаю команде, внимательно слежу за любимыми игроками. Очень расстроился, когда из клуба ушел Любомир Покович. Мне казалось, что успех во много строился за счет этого тренера. В общем, я живу в этом спортивном пространстве.

Люблю, когда БАТЭ откровенно натягивает «Рому» в Борисове, а я за этим наблюдаю по итальянскому телевидению, находясь на юге Италии. Местный комментатор гробовым голосом рассказывал о происходящем. Такие моменты белорусского спорта вдохновляют. Плюс выстроенный футбольный менеджмент в БАТЭ не может не вызывать удовлетворения и радости, что в нашей стране есть талантливые люди. Гораздо проще взять деньги из бюджета области или завода БелАЗ и слить его на какое-то количество игроков, заняв четвертое или пятое место в чемпионате Беларуси. При этом считать, что все это очень круто. Так по крайней мере точно было до кризиса. А делать из футбола бизнес и пытаться строить его прибыльным – особое искусство, которым, кроме БАТЭ, в белорусском футболе никто не владеет. В этом смысле я хочу высказать слова уважения человеку, который так долго и успешно этим занимается.

Это клубы и события, которые вдохновляют. В этом контексте нужно упомянуть Викторию Азаренко и Дарью Домрачеву. Эти девушки заставляют гордиться тем, что мы рождены с ними в одной стране.

Мой же любимый вид спорта абсолютно другой. Я три раза в неделю занимаюсь баскетболом. И жизнь минского клуба «Цмокi» никак не могу понять и принять. В моем восприятии есть два пути для спортивного клуба. Первый – поступательное профессиональное развитие. Если есть бюджет и четкое понимание, как он формируется и что он будет конкурировать со средним бюджетом по лиге, то можно ставить высокие спортивные задачи. А если бюджета нет изначально, то зачем выбирать стратегию по привлечению каких-то почти бесплатных легионеров, которые уйдут через полсезона? Что они дают белорусскому спорту? Для меня такой путь неприемлем. Я бы выбрал иной вариант развития – создание некого фарм-клуба для сборной Беларуси. Пусть в «Цмоках» за те же деньги рубились бы молодые белорусы, которые будут набивать шишки и формировать определенное будущее для нашего баскетбола. Так делает хоккейное «Динамо» из Риги. Латвийский клуб не обладает огромным бюджетом, но имеющиеся деньги тратит на своих ребят, которые каждый сезон растут профессионально. У «Цмокаў» такой стратегии я не вижу.

При существующем положении дел «трупы» из спортивных клубов будут выносить регулярно

– Стоит ли вашему любимому хоккейному «Динамо» придерживаться такой же политики?

– Очень серьезный вопрос. Вроде бы результаты нашей хоккейной сборной не такие уж и плохие, особенно на последнем чемпионате мира. И я не чувствую себя компетентным прямо сказать, что лучше – семь легионеров или один-два.

– А чем вас так уже привлекает этот клуб?

– Спорт в виде матчей «Динамо» – массовое развлечение. В Минске продуктов такого качества немного. Концерты Рианны проходят не так уж часто. В Лондоне, например, каждый день показывают пять мюзиклов высочайшего образца. В Беларуси крайне скудный выбор качественных развлечений. Хоккей стал таковым. Сходив на «Минск-Арену» однажды, туда тянет еще раз. Мне нравится само ощущение нахождения на арене, особенно если команда сражается до конца, бьется за каждый кусочек льда. В таком случае не хочется уходить домой. Тем более в Минске особая атмосфера. После победных матчей 80 процентов зрителей остаются на местах, а капитан Калюжный качает всю арену. Это уникально. Такие моменты рождают совсем не искусственный патриотизм. Это все мне нравится.

– Бывший гендиректор «Динамо» Максим Субботкин и бывший генменеджер Владимир Бережков находятся под стражей. Удивились этому?

– Понимаете, у нас сосуществует две системы. Не только в спорте, но и обществе. Одна система – коммерческая, где работают одни правила, а другая – государственная – существует по иным законам. В этой системе госпредприятий до сих пор есть план и номенклатурная борьба. При скрещивании двух систем общий государственный подход не может не сказываться. При существующем положении дел такие «трупы» будут выносить регулярно. Будут постоянно появляться уголовные дела на людей из топ-менеджмента спорта по той простой причине, что система так устроена. Эти менеджеры распоряжаются миллионами долларов, а предполагается, что они это делают за зарплату в тысячу долларов. Давайте предложим бармену 50 долларов в месяц и попросим работать честно. Этого не будет. Соответственно, и топ-менеджер должен зарабатывать адекватные деньги, чтобы у него даже не возникало желания влезть в какую-то авантюру. А сейчас «выносы» топ-менеджеров – это непосредственное отображение нашей жизни вообще. Если регулярно происходят аресты замминистров, то не может не быть таких дел и в белорусском спорте.

– Получается, человек, соглашаясь на должность топ-менеджера в спорте, автоматически рискует отправить себя за решетку?

– Если честно, да. К сожалению, топор над ним висит постоянно. Точно так же, как и над директором МАЗа или любого колхоза. Это я рассуждаю о ситуации в белорусском спорте в целом. Безусловно, каждое дело любого спортивного чиновника – отдельная история. Вот сколько зарабатывали представители «Динамо»?

– В ходе расследования уголовных дел стало известно, что доход Бережкова и Субботкина в клубе составлял соответственно 100 и 120 миллионов белорусских рублей в месяц.

– Тогда их дела, а также ситуация с посадкой руководителя «Цмокаў», где, если я не ошибаюсь, человек просто завышал зарплаты игрокам и оставшиеся деньги забирал себе, выглядят откровенным криминалом. Хотя, конечно, вину руководителей еще нужно доказать.Зарплаты в 100 и 120 миллионов рублей на фоне бюджета в 20 миллионов долларов абсолютно соответствуют бизнес-реалиям. Если бы клубы были частными, ситуации что в одном случае, что в другом, просто не могли бы случиться. Собственник бы не допустил такого использования своих кровных. А тут уголовные дела, серьезные люди за решеткой. Думаю, что они – «плоть от плоти» всей системы, обыкновенные ее представители со стандартным поведением. Просто клубы громкие, поэтому все так заметно.

– Вы бы отказались от должности топ-менеджера в спорте?

– Когда мы говорим о топ-менеджменте, то вспоминаем такие понятия, как цель, ресурсы, полномочия и мотивация. Исходя из этих вещей, я бы принимал решение. Наверное, я бы мог согласиться при четком понимании, что на этом ничего не заработаю кроме имени. Я бы мог год работать за ноль рублей, только бы не соприкасаться с деньгами, потому что вход – рубль, а выход – два. Ведь как мы уже сказали, система предполагает, что, работая с миллионами долларов, приходится трудиться за две копейки. Уж лучше вообще ничего не получать, а зарабатывать исключительно имя. Я бы еще крепко подумал, будет ли у меня достаточно полномочий, чтобы суметь достичь результата. Вот Любомир Покович, насколько я понимаю, ушел по той причине, что кто-то стал вмешиваться в его деятельность. Я бы, возможно, согласился, если бы год в мою работу никто не лез. Впрочем, вероятность, что мне что-то предложат, равна нулю.

Я никогда не понимал, зачем нашей стране профессиональная вторая лига и даже первая

– В Беларуси действительно происходит скрещивание систем, в том числе и в наполнении бюджета. Профессиональные спортивные клубы пробуют зарабатывать, при этом постоянно просят деньги у государства. Пойти по одному пути невозможно. Ситуация безвыходная. Как быть?

– А много ли вы назовете мировых клубов, которые полностью самоокупаемы? Мы знаем английскую премьер-лигу, где практически все зарабатывают просто потому, что права на телетрансляции стоят миллиарды долларов. Это раз. Вторая причина успешности заключается в наполнении стадионов. Когда нахожусь в Лондоне, всегда хожу на футбол. Я поразился, что даже на матче Чемпионшипа КПР – «Бернли» 95 процентов трибун было заполнено. Третья причина самоокупаемости – крупные спонсорские контракты.

Давайте отойдем немного в сторону по Европе. Например, в Италию. Там только «Ювентус» является топ-клубом, остальные с трудом выживают. А в какой-нибудь Венгрии и Чехии профессиональный спорт – убыточное занятие. В нашей стране при зарплате белорусов в 300 долларов – еще более убыточное. Ведь и качество игры внутри белорусского чемпионата по футболу не позволяет зарабатывать. Это вид спорта в нашей стране не может быть коммерческим делом, пока не изменятся два положения. Во-первых, пока уровень доходов в Беларуси не вырастет хотя бы до тысячи долларов на человека. Во-вторых, пока наши клубы не будут включены в общее пространство с Россией, как, например, лучшие певцы, которые имеют неплохие гонорары в другой стране. Когда какой-нибудь футбольный клуб будет включен в открытый чемпионат России, теоретически при поднятии уровня жизни на этой территории, возможно, у нас возникнет коммерческий клуб. Тогда мы можем заявить: окей, это уже бизнес, здесь можно зарабатывать, никакой помощи от государства. До тех пор, пока клубы купаются в детском бассейне экономики Беларуси, существование спортивных структур будет либо убыточным, либо лежать на плечах государства.

alt

Давайте продолжим говорить, исходя из этой ситуации. И у меня вопрос: зачем Беларуси три профессиональные лиги? На-хре-на? Я стоял у истоков футбольного клуба «Смолевичи-СТИ», наблюдал приход Юрия Пунтуса и формирование им команды из молодых игроков. Я видел бюджет, который на это тратится, и искренне не понимал, зачем нашей стране профессиональная вторая лига и даже первая. Так или иначе бюджеты команд привязаны к бюджету государства либо напрямую, либо косвенно через предприятия, которые работают на соответствующей территории, либо через льготы по налогом. В любом случае это деньги из кармана налогоплательщиков. Ситуация, когда в первой лиге бегает 32-летний футболит за наши с вами деньги, вообще никому не нужна. Ни этому футболисту, ни болельщикам, ни государству. Это лишь иллюзия поддержания функционирования структуры.

– Предполагаю, что в условной Лиде зрители хотят видеть футболиста с высоким профессиональным мастерством, а не любителя.

– Сколько людей приходит на матч «Лиды»?

– 500 человек точно есть.

– Окей. Но мы не можем содержать целую структуру для этих людей. Бюджет средней команды первой лиги до недавнего времени составлял 500 тысяч долларов. Давайте лучше за эти деньги каждому зрителю купим по большому телевизору. Пусть они там смотрят чемпионат Англии. Это, конечно, шутка. Но попробуем взглянуть правде в глаза. Богатейший Люксембург позволяет играть в своей сборной стоматологам, почтальонам и другим любителям. Возможно, это и наш путь? Предполагаю, что ничего страшного не случится, если у нас в первой лиге будет гонять мяч почтальон, получающий лишь бонусы за матч. Возможно, зрительский интерес от этого даже увеличится. Денег в стране крайне мало. Это надо признать.

– Тогда у нас не будет сильной сборной, способной сражаться на чемпионатах мира и Европы, чтобы защищать честь страны. Спортсмены говорят, что для этого должен быть высокого уровня внутренний чемпионат.

– Чтобы выходить на чемпионат мира, нужны не деньги, а хорошие школы. В этом вопросе всегда привожу в пример маленькую и небогатую баскетбольную Литву. Сборная этой страны всегда на ведущих ролях только по той причине, что там создана отличная тренерская школа. Плюс к этому нам же не нужно пять тысяч профессиональных игроков, чтобы среди них выросло 20 человек, способных выходить на топ-турниры по футболу. Тем более при нынешней формуле попадания на чемпионат Европы пробиться туда значительно легче. Надо быть чуть выше среднего. Для этого нужны школы, а не число игроков. Деньги, которые все еще есть в стране, предлагаю направить на развитие новых тренеров.

Передача команды под крыло БАТЭ – лучшее, что могло произойти со «Смолевичами-СТИ»

– При всех проблемах белорусского футбола вы ввязались в «Смолевичи-СТИ». Что это за история?

–  Это был социальный проект. Я сразу понимал, что это не заработок денег. Просто в Смолевичи пришел новый руководитель исполкома, открытый и заинтересованный в развитии региона человек. А у меня в Смолевичах расположено предприятие СТИ, на котором в лучше времена трудились 200 человек, а сейчас трудятся 140. Мы формируем достаточно заметную часть ВВП этого региона. До запуска футбольного проекта мы поговорили с руководителем региона, который рассказал мне о цели создать целую футбольную школу, чтобы отвлечь молодежь от вредных привычек и привлечь к спорту. У нас была временная договоренность, что я помогаю всему этому делу запуститься. Я рассматривал это как старт-ап, в который нужно вложиться в начале пути, а потом можно передать более мощному коммерческому игроку, которому зачем-то это надо. Я никогда не рассматривал идею финансировать клуб высшей лиги, особенно при бюджетах некоторой давности. Не по Сеньке шапка. Со всеми плюсами и минусами такого проекта клуб в итоге заключил взаимовыгодное соглашение с БАТЭ. Понятно, что высокие спортивные задачи отдельной команды «Смолевичи-СТИ» несколько отошли на второй план. Прямо сейчас мое присутствие в клубе меньше минимально возможного. Я себя не вижу Капским. У меня миноритарный пакет акций. И это точно не заработок.

Вообще, передача команды под крыло БАТЭ – лучшее, что могло произойти со «Смолевичами-СТИ». Это хорошая подпитка от более успешного и правильно построенного клуба. Из всех имеющихся вариантов это наиболее благоприятный путь.

– И в дальнейшем вы бы неохотно вкладывали деньги в белорусский спорт?

– Есть четкий водораздел: или это коммерческий проект, или социальная история. Коммерции тут нет вообще. А с точки зрения социальной ответственности я лучше помогу больным детям, а не здоровым мужикам, которые почему-то хотят бегать за тысячу долларов в месяц. В социальной сфере есть тоже очень высокая конкуренция, где деньги бизнеса будут значительно полезнее, чем спорту. Мало сказать, что я неохотно вкладывал бы деньги в спорт. Я бы их вообще никоим образом не вкладывал. Я вижу, что это большая государственная задача, а не бизнес. Можно было бы все простить и задуматься, если бы на белорусский спорт ходило огромное количество зрителей.

– Вы признались в любви к баскетболу. Генеральный директор ИТ-компании «Софтклуб» любил всю жизнь футбол, поэтому финансово помогает созданному им же самим мини-футбольному клубу «Столица». Что нужно сделать, чтобы задеть ваши чувства?

– У меня была своя любительская команда по мини-футболу, за которую выступали я и мои сотрудники. Мы участвовали в соревнованиях на уровне города. Это продолжалось 20 лет. Я прекрасно понимал, зачем мне это надо. Это внутренний мотивационный проект. Он закрылся после того, как мои ребята сильно постарели, а я получил травму колена. Нас стали перебегать более молодые парни.

Что ж, давайте рассмотрим ситуацию серьезнее. Если бы задача была схожей с той историей, как предлагал Пунтус в «Смолевичах-СТИ», когда берутся молодые спортсмены, которых доводят до уровня профессионалов. Возможно, я бы подписался на такой проект года на два-три, видя классного менеджера у руля. Я понимаю, что сейчас немного противоречу сам себе. Но на такое общее дело, зная, что участвую в чем-то хорошем, я бы мог закрыть часть бюджета. Теоретически на такое пошел бы, но на данный момент у нас в стране кризис, а значит, тратить на условных баскетболистов в ситуации, когда непонятно что будет с основным бизнесом, немного неправильно. В любом случае, это был бы временный проект. Дальше я должен был бы либо кому-то его отдать, либо начать зарабатывать в десять раз больше, чтобы много тратить на профессиональный клуб. Но тогда я бы ставил задачу участвовать в Лиге ВТБ, побеждать там и собирать по семь тысяч зрителей на матчах.

Главное – соизмерять собственные ресурсы. Нельзя набрать команду сегодня, а завтра сказать, что она больше не нужна. Нельзя быть «Анжи». Такой проект – это стыдно. Сулейман Керимов выглядит сейчас человеком, которому на такой же второй проект больше никто не даст, потому что он, по большому счету, кинул регион. Сначала пообещал золотые игры, а потом наигрался и закончил с этим. Как теперь живут те люди, которые ходили на Это’О и Роберто Карлоса? Думаю, чувствуют себя обманутыми.

– Почему зарубежные инвесторы не вкладывают деньги в белорусский спорт? Например, авиакомпания Etihad Airways выполняет рейсы в Минск, но не создает спортивный клуб «Минск Сити», как в случае с «Манчестер Сити».

–  Вкладываясь в спорт Манчестера, владелец Etihad Airways понимает, что это бизнес. Есть определенное количество матчей и людей, которые будут ассоциировать клуб с этим брендом в регионе платежеспособного спроса. Это уже бизнес, где можно просчитать вложения в клуб и сколько компания заплатит за один контакт со зрителем, потенциальным клиентом. Это окупаемо, даже если потратить миллиард долларов. В нашей стране подобный расчет приводит к минусу. Это никак не работает в Беларуси.

Есть и более серьезная причина, почему отсутствуют инвесторы.  Полгода назад, катаясь по Западной Европе, я много общался с местными компаниями в том числе и на предмет инвестиций. У них не самый благоприятный взгляд на такую инициативу. Во-первых, большое количество компаний потеряло много денег на Украине. Во-вторых, многие, глядя на политику России, воспринимают ее как политического и экономического монстра, с которым не хочется связываться вне зависимости от количества денег, которые можно заработать. Мы, Беларусь, плотно ассоциируемся с этими странами, а не воспринимаемся отдельно. Объяснить, что мы стабильнее и более спокойны, что у нас не планируется гражданская война, что экономического дна мы уже практически достигли, невозможно. Нас воспринимают как регион с отрицательным инвестиционным рейтингом. Если раньше МАЗ можно было продать за миллиард долларов , то сейчас его нельзя продать и за 200 миллионов. Когда-нибудь эта ситуация точно изменится, но надо ждать. Наша страна не является благоприятной для инвесторов, в том числе и в спортивной сфере.

alt

– Последнее. Вы приобрели первый спортивный бар страны «Ямайка», который сейчас называется Bristle. Зачем вам это?

– Это была эмоциональная покупка. Я много не думал, приобретая ресторан два года назад у бывших хозяев, которые хотели сменить род деятельности. Я общался с Анатолием Байдачным-младшим. Это интеллигентный, корректный человек, который не похож на карикатурного бизнесмена, вытягивающего последнюю копейку. Мы поговорили о цене, о возможных рисках, если я попытаюсь поиграть еще и вот в это, чтобы реализоваться в новой сфере. Это был не далеко просчитанный шаг, а эмоции. Только теперь, через два года, я до конца понял, как все устроено изнутри, осознал свои ошибки. Наш бар в очередной раз перестраивается, но трансляции спорта мы сохраняем. Это работает. Такой отдых люди любят. На финал Лиги чемпионов мы продавали даже стоячие места за барной стойкой. Вообще, на топ-события всегда собирается приличная толпа. Интерес есть.

Фото: belgazeta.by

+56
Популярные комментарии
Денис Иванов
+13
"Я видел бюджет, который на это тратится, и искренне не понимал, зачем нашей стране профессиональная вторая лига и даже первая." - я тоже не понимаю.
Galasinjo
+11
Хорошее интервью. Один из немногих бизнесменов, который может открыто и логично изъясняться. А за покупку Ямайки и превращение ее в Брисл отдельное спасибо. Очень хорошее место))
ship_by
0
Заголовок - лучше и не скажешь!
Написать комментарий 26 комментариев
Реклама 18+