Реклама 18+
Реклама

Как растят хоккейных чемпионов. Швеция

От переводчика: Как все удачно совпало. Гениальные слова Геннадия Савилова о зависти, которую должны испытывать бедолаги-шведы к условиям развития хоккеистов в Беларуси и статья The Athletic, которую обнаружил буквально вчера на просторах Интернета. Датирована ноябрем 2017-го, но актуальна по прежнему (Расмус Далин, первый номер драфта НХЛ-2018 подтверждает). Вольный перевод прилагается, проблем и нерешенных вопросов хватает у всех, но все же делайте вывод сами о том, кто кому должен завидовать на самом деле.

***

Как и многие хорошие идеи, новая система развития хоккея в Швеции была порождена неудачами и хаосом. В начале нового тысячелетия предыдущая программа капитально устарела. Конечно, шведы все еще производили игроков уровня НХЛ, но в целом прогресс замедлился.

Будучи представителями гордой хоккейной нации, Шведская ассоциация хоккея с шайбой решила, что им нужен капитальный ремонт. Они поставили перед Томми Бустедтом задачу полного реформирования программы развития хоккеистов.

Он тренировал «Фрёлунду», когда ему в начале нулевых позвонили из федерации и попросили его покинуть тренерскую скамью и присоединиться к ним, начав работу по развитию хоккея в стране.

 Бустедт, который был успешным тренером в тогдашней шведской Elite League [высший дивизион чемпионата Швеции, c 2013 года носит название SHL], находился в расцвете своей карьеры. И поначалу ему это предложение было не интересно.

Однако чем больше он размышлял, тем больше ему нравилась эта идея. Вместо того, чтобы помогать игрокам в одной команде раскрыть свой потенциал, он мог бы помочь игрокам во всей стране. Он присоединился к Шведской хоккейной ассоциации в 2002 году в качестве директора департамента по развитию молодежи.

Первым делом он собрал всех людей, вовлеченных в развитие шведского хоккея для глубокого анализа, чтобы выяснить, что не работает в системе. В двух словах: не работало ничего.

«Проблемы были на многих уровнях», - говорит Бустедт. «Скаутинг был недостаточно хорош. У нас не было достаточно игроков, чтобы создавать хорошие программы. У нас не было программ развития для игроков. Наше тренерское образование не было достаточно хорошим, и поэтому мы не производили достаточно хороших учебных материалов. Программа развития игроков даже не была напечатана, поэтому она была разной в разных районах Швеции - у каждого была своя собственная программа».

Доказательством стал следующий молодежный чемпионат мира (2003 год) в Галифаксе, Канада. Шведы прошли группу с одной победой и четырьмя поражениями и были вынуждены бороться за выживание [хуже шведов в группе были только немцы, вообще без набранных очков]. Шведы финишировали восьмым и спаслись [в том числе, в релегейшене обыграли сборную Беларуси: 5-4, ну, а наши вместе с немцами отправились в первый дивизион], но результатом этого выступления стал тревожный звоночек по всей стране.

«Все видели проблемы», - сказал Бустедт. «Мы всегда знали, что важно развивать игроков, но мы не сотрудничали в шведском хоккее. Основная разница, если сравнивать 15 лет назад и настоящее время заключается в том, что мы начали сотрудничать. Мы - маленькая страна в масштабах мира, поэтому, чтобы быть успешными, с учетом того факта, что у нас мало шансов конкурировать с большими странами ... мы должны быть более эффективными, потому что у нас нет возможности набирать столько хоккеистов, как в больших странах. Лучший способ быть эффективным - это работать вместе».

Ожидая сопротивления на пути реформирования хоккея в стране, Бустедт сказал, что был удивлен тем, как все легко согласились, что необходимо справиться с проблемами. Тот факт, что он уже наладил связи благодаря своей работе в качестве аналитика на шведском телевидении и 20-летней карьере тренера, только помог.

«Я думаю, ассоциация попросила именно меня реформировать хоккей, потому что я знал каждого в хоккее в Швеции», - сказал Бустедт. «Когда у тебя большая сеть контактов, гораздо проще реализовывать идеи. Главным было то, что все собрались вместе - у нас было около 150 человек в этом большом проекте по развитию шведского хоккея - так что все, кто хотел что-то сказать о хоккее, были в нем. Если вы участвуете в нем с самого начала и чувствуете, что ваш вклад что-то меняет, вы не будете работать против этого проекта, когда он станет реальностью.»

«Такой фокус, чтобы улучшить хоккей в стране».

Фокус превратился в полноценный магический акт. Группа поставила всех вместе, используя свои ресурсы, чтобы инвестировать в найм и обучение тренеров, которые, в свою очередь, могли лучше обучать своих игроков. Они брали идеи из других стран, оттачивали их, а затем включали их в свою систему развития. Были написаны новые учебные планы - разбив их по возрасту - с акцентом на тренировку на льду, вне льда и психологическую подготовку.

Швеция, с ее 64 000 зарегистрированных игроков и 9,8 млн. населения, с тех пор «выступает в высшей весовой категории». Десять процентов активных игроков в НХЛ - шведы. На прошлогоднем (2017) драфте в НХЛ были выбраны 27 шведов [например, из высоких пиков: Элиас Петтерссон - 5й, «Ванкувер Кэнакс», Лиас Андерссон - 7й, «Нью-Йорк Рейнджерс»], что явно больше, чем 15, выбранных десять лет назад. [Для сравнения, на драфте 2018 года, как уже говорилось выше, первым ушел Далин, восьмым - Адам Боквист, которого задрафтовал «Вашингтон Кэпиталз»], а всего было выбрано целых 30 шведских игроков]

На молодежных чемпионатах мира шведы завоевали медали в течение шести из последних 10 лет, включая золото в 2012 году [в финале в овертайме дожали Россию, где феерил Евгений Кузнецов - 13 (6+7) очков за турнир]. [В 2017-м шведы были четвертыми, а в 2018-м - вторыми, матч еще запомнился тем, что капитан шведов, Лиас Андерссон выбросил на трибуны свою серебряную медаль, заявив, что «зрителю она нужнее». А у нас отмечают юбилеи занятия четвертого места на Олимпиаде-2002. Понятно, что весовые категории разные, но все же]

«Было много людей, которые продвигали молодежь и помогали ей развиваться», - сказал Бустедт. «В Швеции не проблема собрать людей, и сегодня я думаю, что все мыслят одинаково. У нас есть другие проблемы в шведском хоккее, но они не касаются развития игроков».

Будучи ребенком, выросшим в Кристианстаде, Тимоти Лиллегрен [20 лет, сезон 2018-2019 провел в АХЛ, в «Торонто Марлис»], (выбран в первом раунде «Торонто Мэйпл Лифс» [в 2017-м году, 17-й пик]) вспоминает, насколько плохой была его клубная команда - на самом деле, он считает, что игра за слабую команду помогла ему как защитнику. Тимоти предполагает, что в возрасте от четырех до 15 лет он большинство матчей проиграл.

«Когда ты маленький ребенок, ты все еще хочешь соревноваться», - сказал Тимоти. «Я играл в довольно плохой команде, когда рос. Мы проигрывали очень много, но это действительно заставило меня хотеть побеждать больше».

Теперь в чемпионате для детей до 13 лет в Швеции нет турнирной таблицы. Результаты сохраняются во время игр, но в конце сезона нет письменного отчета о победах или поражениях - это несущественно. Нет индивидуальной статистики для регулярного сезона или для турниров уровня U13. Они играют матчи, но нет никаких «просмотров» и реальных «лиг» как таковых для тех возрастов. Больше внимания уделяется развитию навыков, а не победам и поражениям. Правило, введенное в прошлом году, чтобы убрать статистику и турнирные таблицы для младших возрастных групп, было очень спорным.

«Было много споров об этом в Швеции», сказал защитник «Торонто» Калле Розен [тоже прошлый сезон в фарме «Торонто» -«Марлис»] об изменениях.

«Дети сами отслеживают свою статистику, так почему бы просто не иметь нормальные таблицы? Пусть они соревнуются. Но я думаю, это зависит от того, насколько вы молоды. Тренеры, которые у меня были в то время, когда я был юниором, всегда позволяли играть каждому парню, и я думаю, именно это и сделало хоккей таким веселым. Это было очень важно.»

Для федерации хоккея Швеции цель теперь состоит не только в том, чтобы привлечь в игру новых людей, но и сохранить игроков, которых они имеют, - на всю их карьеру. А это значит делать вещи немного по-другому.

«Дети должны быть детьми, а не молодыми взрослыми», - сказал Андерс Ларссон, президент шведской федерации в интервью ежедневной газете Dagens Nyheter, когда новые правила были введены в 2016 году.

Количество участников шведской «Хоккейной школы Tre Kronor», которая является национальной программой, ориентированной на детей, продолжает расти. Статистика за 2016 год показывает, что в программе было зарегистрировано 34 500 детей в возрасте от 5 до 10 лет, что на 2500 больше, чем в предыдущем году.

«Раньше хоккей походил на пирамиду, у вас было много игроков в начале, но в итоге вы работаете с несколькими ребятами наверху», - сказал Бустедт. «Мы пытались перейти от этой пирамиды к  прямоугольнику, поэтому, когда у нас есть дети, которые начинают играть в семь лет, мы хотим, чтобы они были в хоккее всю жизнь, а не только 15 лет или около того».

«В нашей системе нет даже одного процента, которые становятся элитными игроками - таких очень мало. Таким образом, наша деятельность не только для тех, кто становится суперзвездами, она в основном для других – оставшихся 99 процентов».

Это означает, что нужно придумывать недорогие нововведения, чтобы сделать игру доступной, и вкладывать дополнительные ресурсы в образование, особенно помогая обучать родителей хоккею. Федерация начала осуществлять программы специально, чтобы помочь родителям ориентироваться в нюансах игры в минорных лигах.

«Когда дети занимаются на льду, у вас могут быть родители в кафетерии, и вы можете проводить семинары раз в неделю», - сказал Бустедт. «В любом случае, родители будут ходить на матчи детей, поэтому дайте им хот-дог и чашку кофе, а затем совместно обсудите программу федерации о развитии игроков.

А поскольку Швеция относительно мала, с точки зрения географического положения гораздо проще приглашать в клубы тренеров и инструкторов. На самом деле, Швеция, как и их финские соседи, в разных регионах назначает федеральных инструкторов, которые затем идут в клубы, а не наоборот.

«Образование - это ключ к решению многих наших проблем», - сказал Бустедт.

***

Андреас Йонсон провел неделю, ходя взад и вперед, пытаясь выяснить его будущее. Важным решением было: покинуть Швецию после двух лет в SHL, играя за «Фрёлунду», команду его родного города, или отправиться в Северную Америку, чтобы присоединиться к «Торонто Марлис», который выступает в Американской хоккейной лиге. [в итоге за «Марлис» он выступает с сезона 16-17, а прошлый сезон практически полностью (73 игры) провел уже за «Лифс»]

«Я знал, что если бы я играл хорошо, я бы получил хорошую роль дома, и я все еще играл бы с профессионалами - старшими парнями - и это в сложной лиге», - сказал Йонсон. «Если бы я приехал (в Северную Америку), я бы не знал, чего ожидать. Так что в моем случае я чувствовал, что мне нужен еще один год, чтобы развиваться на льду и вне льда. Я чувствовал, что мне было бы легче вернуться домой - вы в безопасности, у вас есть ваша семья, ваш дом. Я играю в одной команде в течение двух лет, поэтому я чувствовал, что мне нужен еще один год. С другими парнями, возможно, по-другому, они чувствуют себя зрелыми и готовы покинуть родину.

«Я действительно должен подумать об этом».

Трудно принять решение об уходе из дома, и Шведская ассоциация хоккея пытается сделать его еще сложнее. Шведы всегда придерживались протекционистского подхода со своими молодыми игроками.

«У нас слишком много игроков в Северной Америке, но в то же время это хорошо, потому что мы знаем, что хорошо справляемся с нашей молодежью и развитием молодежи», - сказал Бустедт.

В прошлом они сражались с CHL, пытаясь удержать своих молодых звезд дома. Теперь они обратили свое внимание на АХЛ.

Как и все остальные в Европе, Швеция использует модель клуба, где игроки могут стать частью команды в детстве, а затем провести в ней следующие 10 лет или около того, продвигаясь вверх по системе этого клуба. Проблема того, что игроки рано покидают шведские клубы, имеет две стороны: во-первых, если игрок уходит в лигу, например, в CHL, и впоследствии его привлекает команда НХЛ, клуб CHL получает от НХЛ плату за игрока. Шведский клуб, несмотря на свои инвестиции, ничего не получает.

И эти клубы, по сути, работают как некоммерческие, потому что «владельцы» клуба являются его членами.

«В Северной Америке люди владеют командами, и в конечном итоге они заинтересованы в зарабатывании денег», - сказал Бустедт. «В Швеции ни один клуб или федерация не зарабатывают деньги, потому что если вы управляете клубом, это противоречит нашим правилам. Если вы инвестируете в клуб в Швеции - вы можете купить акции, но не более 49 процентов - остальные 51 процент должны принадлежать другим участникам. Таким образом, в конце года вам не нужно получать прибыль; вы не должны получать прибыль. Деньги возвращаются в развитие игроков и программы для клуба.

«Это главная причина, по которой мы больше, чем в Северной Америке заинтересованы в нашей системе развития игроков».

Во-вторых, конечной целью многих из этих клубов является развитие игроков для своих собственных команд в Allsvenskan (Дивизион I) или SHL (высшая лига). Игроки, которые рано уходят, мешают клубам извлекать выгоду из собственной системы развития.

«Это похоже на следующую ситуацию. В «Мэйпл Лифс» есть хоккейная школа для детей, а затем команда до 8 лет, команда до 9 лет и так дальше», - объясняет Бустедт. «Если «Мэйпл Лифс заплатит за все это, а потом, когда игроки будут готовы сыграть за «Торонто Мэйпл Лифс» в ACC [Лига колледжей Атлантического побережья, одна из минорных лиг Северной Америки], они вместо этого уйдут играть в США за« Нью-Йорк Рейнджерс »- зачем «Мэйпл Лифс» платить за все это? Это проблема для наших клубов сегодня, а также для нашей федерации, потому что многие игроки уходят слишком рано».

Согласно годовому отчету Шведской хоккейной ассоциации за 2016 год, Швеция получила около 8 миллионов канадских долларов в виде трансферных платежей из НХЛ. В марте прошлого года Бустедт и другие члены федерации встретились с генеральными менеджерами НХЛ в Бока-Ратоне, штат Флорида, чтобы обсудить вопрос о досрочном уходе игроков. Он сказал, что встреча была продуктивной и что многие генеральные менеджеры НХЛ поняли проблему. В конце концов, НХЛ по-прежнему остается бизнесом.

«Многие клубы НХЛ нуждаются в молодых игроках для своих фарм-клубов в Американской хоккейной лиге, и некоторые клубы считают, что они развиваются лучше в Северной Америке, чем в нашей шведской лиге и в нашей сборной», - сказал Бустедт. «Проблема для нас в том, что нам нужно вкладывать деньги на это развитие клубов и федерации, а затем мы должны быть способны использовать игроков в шведском хоккее».

В настоящее время НХЛ имеет соглашение со шведской федерацией, чтобы сохранять больше игроков в Швеции. Согласно этому соглашению только игрокам, выступающим в Швеции, которых выбрали в первом раунде драфта, разрешено ехать в АХЛ. (Европейцы, задрафтованные из клубов CHL, связаны соглашением CHL-НХЛ). Таким образом, игрок из шведской команды, выбранный во втором раунде драфта должен продолжить играть в SHL, пока не сыграет больше чем в 260 играх в SHL – или, что более вероятно – инициировать пересмотр своего контракта, для того, чтобы уйти.

И, по большей части, если хоккеисты остаются на какое-то время в Швеции - это не выглядит проблемой.

Розен считает, что пребывание в Швеции помогло ему стать лучшим игроком.

«Для меня это было самое лучшее», - сказал Розен. «Я оставался в Швеции до 23 лет. Я играл в юниорской лиге, а затем два года играл в (Allsvenskan), чтобы получить айстайм, и я играл со взрослыми. Игра во взрослой лиге очень сильно отличается от юношеского хоккея, так что для меня это было действительно хорошо, потому что у меня было два года (в Allsvenskan) и два года (в SHL). После этого я почувствовал: «Окей, теперь пришло время переехать за океан».

«Но вы возьмете такого парня, как Лиллегрен, который настолько взрослый, что уже может играть за океаном, и это здорово для него. Я думаю, что все зависит от того, откуда вы родом и в каком клубе вы находитесь дома в Швеции, и от того, какой вы тип игрока.»

Шведская программа развития достаточно сильна, чтобы игроки могли выбирать. Фактически, Швеция стала местом назначения для игроков из небольших стран, чтобы развиваться дальше на юниорском или взрослом уровне. Даже Лиллегрен ценит то, как игра в Швеции подготовила его к его первому году на взрослом уровне в 18 лет.

«Я думаю, что в Швеции есть отличные лиги - как Allsvenskan, так и SHL - Allsvenskan во многом похож на AHL как лига развития, поэтому я считаю, что молодым игрокам полезно сделать следующий шаг. Это было то, что я сделал в прошлом году (переезд в Allsvenskan). Хоккей в Швеции растет, и это хорошее место для жизни».

***

В 2015 году Шведская ассоциация хоккея на льду подготовила доклад под названием «Хоккей 2025» с целью попытаться найти способы привлечения новых людей в хоккей.

Приток иммигрантов, особенно беженцев, сделал для страны критически важным расширение игры за пределы шведского народа. По данным Статистического управления Швеции, в 2016 году в Швеции был один из самых высоких показателей иммиграции в Европе, страна приняла 163 000 иммигрантов.

Хоккей в Швеции также был преимущественно спортом для белых мужчин, поэтому в отчете рассматривались способы расширения на другие демографические группы.

««Хоккей 2025» был направлен на то, чтобы привлечь больше людей (в том числе женщин) из других культур в хоккей», - сказал Бустедт. «Мы пытались создать новые программы, направляющие людей, приезжающих в Швецию - например, беженцев из Сирии, - и пытаться познакомить их с хоккеем и предложить им попробовать себя в этой игре».

Они начали программы, рассчитанные на обе группы. Чтобы привлечь детей, шведская федерация разослала персонализированные письма родителям с детьми в возрасте от шести до восьми лет, живущими возле хоккейного клуба или арены. Приглашения были разработаны так, чтобы выглядеть как джерси Матса Сундина в сборной Швеции - но вместо его фамилии на спине в приглашении стояла фамилия ребенка. Текст приглашения был переведен на шесть разных языков. По словам Бустедта, в прошлом году родителям было разослано около 300 000 приглашений привести своего ребенка в хоккей.

Одной из команд, которая добилась успеха в привлечении в игру большего количества женщин и иммигрантов, был «Гетеборг». Клуб запустила программу, разработанную специально для девочек в пригороде Гётеборга Анжеред, где проживает много иммигрантов.

Ян Меллгрен, руководитель спортивного отдела в Гетеборге, сказал, что нужно делать больше в финансовом отношении, если Швеция хочет развивать игру, особенно с мигрантами в Швеции у кого нет денег оплачивать тренировки.

«(Шведская) ассоциация помогает нам с письмами для детей в Анжеред», сказал Меллгрен. «Они помогают нам с джерси и некоторыми (учебными материалами), но я думаю, что в этой области им нужно делать больше. Им тоже нужно больше заниматься женским хоккеем.

«Женский хоккей является основным направлением, но культура хоккейных клубов является типично мужской нормой, и трудно преодолеть эту стену мужских норм. Все системы подготовлены и построены для обучения мужчин-хоккеистов для НХЛ и национальных сборных и так далее. … На клубном уровне я не думаю, что они рады тому, что сосредоточены на женском хоккее, потому что это отнимает время на льду. Нам нужно больше арен в Швеции».

А вопрос с аренами в Швеции сложный. В настоящее время насчитывается 356 крытых катков и 136 открытых. Исходя из их растущего числа желающих, катки заполнены под завязку.

«Наши катки заполнены, - сказал Бустедт. «Наша самая большая проблема сегодня состоит в том, чтобы иметь больше хоккейных катков, а в Швеции почти каждый каток принадлежит коммуне и оплачивается за счет налогов. И если приходят новые люди, вам нужно больше школ, вам нужно больше детских садов, больниц и всех этих вещей, на которые также уходят налоги.

«Я, как хоккейный человек, вижу, что больницы, школы и детские сады важнее, чем строительство хоккейных катков. И это самая большая проблема сегодня. Если мы не получим больше катков, мы больше не сможем расти. Трудно создать хорошую систему, потому что вам нужно много времени на лед, если вы хотите стать хорошим игроком. Если мальчиков и девочек слишком много, невозможно иметь достаточно времени на льду».

Эта проблема связана не только с хоккеем, но и с другими видами спорта. Проблема хоккея, однако, заключается в вечной дилемме курицы и яйца - политики не хотят финансировать арены, чтобы улучшать демографию, но в то же время трудно ввести новых иммигрантов и женщин в хоккей, если у вас нет айстайма.

«Если мы только развиваем элитных игроков, то политиков это не интересует», - сказал Бустедт. «Шведские политики интересуются вопросами здравоохранения и улучшением качества жизни (посредством спорта)».

 «Мы являемся экспертами по подготовке топовых игроков, но на уровне начинающих хоккеистов сложно привлечь новых людей в игру и удержать их».

Но принимая во внимание, куда Швеция пришла с начала 2000-х годов со своей новой хоккейной программой, это лишь вопрос времени, когда они решат эту проблему. Бустедт уже работает над этим: «Мы должны думать по-новому».

 

Оригинал: The Athletic.

Фото: Canes Country, infoswehockey.se , Editor in Leaf, Nhl.com, Tip of the Tower .

Этот пост опубликован в блоге на Tribuna.com. Присоединяйтесь к крупнейшему сообществу спортивных болельщиков!
Другие посты блога
Face/Off
+24
Популярные комментарии
+4
Andrei Shprenhel
«Если бы шведы увидели, что у нас делается для хоккея, они вообще закончили бы им заниматься» (с)
+3
Максим Березинский
Я знаю отличного президента для Швеции :)
Ответ на комментарий Александр Гурин
«Я, как хоккейный человек, вижу, что больницы, школы и детские сады важнее, чем строительство хоккейных катков. И это самая большая проблема сегодня». - самое прекрасное высказывание. Но это точно не проблема.

Модель у нас не сработала бы. Не знаю, почему, просто так всегда получается.

Спасибо за новый отличный перевод!
+3
Александр Гурин
«Я, как хоккейный человек, вижу, что больницы, школы и детские сады важнее, чем строительство хоккейных катков. И это самая большая проблема сегодня». - самое прекрасное высказывание. Но это точно не проблема.

Модель у нас не сработала бы. Не знаю, почему, просто так всегда получается.

Спасибо за новый отличный перевод!
Написать комментарий 5 комментариев
Реклама 18+