Андрей Мисюк: «До первого сбора с Юревичем весил 76 и думал, что это мой боевой вес. Там похудел до 72-х»

 

Экс-игрок «Дариды», «Гомеля» и «Партизана» дает первое большое интервью в 35 лет – про падение Байдачного, аппетиты Делендика и приключения в армии.

Так вышло, что свое первое больше интервью Андрей Мисюк дает только после завершения карьеры. Хотя рассказать экс-полузащитнику есть о чем. За без малого 20 лет в футболе он повидал многое. Играл в слонимском «Коммунальнике», служил в армии, наводил шороху в чемпионате вместе с «Даридой» Людаса Румбутиса, летал на самолете в Гомель, чтобы успеть к Анатолию Юревичу, и безуспешно возвращал в «вышку» столичный «Партизан».

– Решение закончить карьеру зрело долго?

– Не очень. В середине прошлого года разорвал внутреннюю боковую связку на правом колене. Травма выбила меня из колеи почти на три месяца. Кстати, это уже не первая подобная травма. В 2009-м, когда играл в «Гомеле», за три тура до конца надорвал связки на том же колене. Благо сезон заканчивался и трех месяцев отпуска хватило, чтобы восстановиться без операции. В следующий раз колено, теперь левое, подвело на последней минуте второго переходного матча «Городеи» с «Днепром» в 2013-м. Тоже за отпуск подкачался, и все было нормально. Сейчас вот сломался посередке. К концу чемпионата восстановился и даже сыграл парочку матчей, но год получился скомканным. Тем не менее, считаю его хорошим и для себя, и для команды. Для новичка «вышки» «Ислочь» заняла хорошее место. Да и мне повезло – завершил карьеру в «элите». Шумную историю со странным матчем опускаем. Тем более пока у нас введен небольшой запрет на разговоры о ней.

В общем, после сезона пообщались с Виталием Жуковским о будущем. Он сказал: «Закончишь и будешь помогать тренеру». Это было даже не предложение, а утверждение. Поэтому я особо не раздумывал.

Сейчас перестраиваюсь потихонечку, адаптируюсь к новшествам, ведь требования совсем другие. Когда был футболистом, знал, что главное – выполнить установку. А сейчас приходится эту самую установку придумывать. В команде отвечаю за разминку и восстановление ребят после игр. К работе подхожу ответственно, стараюсь учиться. Очень плотно общаюсь с Павлом Плютом. Это очень квалифицированный тренер. Он мне прилично помогает.

– Вас ведь в футбол мама привела?

– Да, я тогда учился во втором классе. Как и любой другой пацан того времени, жил тренировками. Когда учился во вторую смену, учеба отходила на второй план – приходилось пропускать уроки. Но самая яркая ученическая история случилась уже после школы. После 9-го класса поступил в гродненский технический колледж. Был у нас предмет по основам какой-то там теории. Так получилось, что за семестр ни разу на лекциях не был. Я тогда уже в дубле «Немана» числился и к тренировкам с основой периодически привлекался. Понимал, что уже свяжу жизнь с футболом. Когда пришел на экзамен по теории, преподаватель открыл зачетку, увидел фамилию и улыбнулся: «Теперь я знаю, как ты выглядишь». И моментально отправил на пересдачу. Следующие три дня я только и делал, что зубрил. Понимал, что на уступки препод не пойдет. И гонял он меня прилично. Поставил три, но добавил, что если бы не пересдача, было бы четыре.

Что касается футбола, то дубль я перерос, а в основе заиграть никак не мог. Для получения игровой практики меня отправили в слонимский «Коммунальник». А вскоре пришла повестка из военкомата.

– Правда, что в армию вас забирали прямо с игры на военном УАЗике?

– Так и было! Призвали летом в слонимскую часть. Клуб все устроил, и в сапогах я побыл всего пару дней сразу, а затем еще раз – во время присяги. Жил себе, не тужил. Тренировался, играл и думал, что так служба и пройдет. Но на последнем матче сезона заметил у ворот стадиона УАЗик. Игра идет, а я все в сторону машины посматриваю. О футболе забыл совершенно. Прикидывал всякие варианты. Даже бежать думал, но забор высокий вокруг стадиона, а выход только один. После матча военные зашли в раздевалку: «Мисюк, будьте добры через полтора часа прибыть в расположение части для несения воинской службы». Так я на несколько месяцев угодил в казарму. Уже через три дня заступил в наряд – стоял на тумбочке.

А весной началось веселье. Меня зачем-то перевели в гродненскую часть и сразу же откомандировали обратно в Слоним. Через какое-то время в Гродно случилось ЧП. Какой-то солдат вляпался в неприятности. В части отреагировали по традиции закручиванием гаек. Первое, что сделали – «протрубили» общий сбор. В понедельник утром в часть должны были явиться все. В том числе и спортсмены, «служившие» в других местах. А мне об этом почему-то никто не сказал, и я после матча рванул не в Гродно, а в Минск к будущей жене. В Слоним вернулся лишь во вторник. Встречает директор клуба и говорит, что меня ищет чуть ли не вся гродненская армия.

Приехал в Гродно и меня первым делом отправили к командиру. Парни смеются и предупреждают: «Если будет злиться – стой и не шевелись». Захожу к нему в кабинет, рапортую и вижу, как он начинает злиться и краснеть. Такая у него особенность организма. Как начал орать! По итогу отправил меня на гауптвахту. Вернулся в расположение, готовлюсь морально к губе. Прибегает прапорщик: «Давай быстрее в строй». Оказалось, что командир уже уехал в отпуск. И не будет его как раз столько дней, сколько мне сидеть. И меня под шумок решили «освободить» от наказания.

Через две недели командир вернулся и устроил смотр. И меня угораздило стать в первый ряд. Подходит: «О, солдат! Как на губе посиделось?» А я чет растерялся, молчу. Он опять: «Как на губе было?!» Ну и я выдаю: «А не был я!» У него лицо моментально покраснело! Как заорет: «На губу! И еще двое суток сверху!» Понял, что очень серьезно попал. Снова сижу, готовлюсь, жду машину, и вдруг приходит документ о моем переводе в другую часть. И та машина, которая должна была меня везти на гауптвахту, повезла в Слоним. Ехал и улыбался – повезло.

В Слониме распорядок дня был таким. Сразу после подъема уходил на тренировки, а вечером к построению возвращался. Командир роты несколько раз говорил, чтобы ходил через проходную. Но надо было идти по части метров 600. Чтобы было быстрее, перелазил через забор. И однажды влип. Перепрыгиваю через забор, оглядываюсь и вижу останавливающуюся машину с военными номерами. Выходит мужчина в звании:

– Откуда?

– Да вот на работу иду через часть. Так удобней.

 – Удобней? Ну, садись.

Оказалось, это начальник военной комендатуры. Пока выясняли обстоятельства, продержали в камере часа четыре. Хорошо, что комбат был понятливый – не особо наказал.

Еще в армии запомнились стрельбы. Я сам не стрелял. Нашу роту использовали для оцепления полигона. Надо было почти сутки стоять по периметру и никого не пускать. А дело зимой было. Перед выходом думал, что замерзну. Но нас так одели, что я даже не продрог! Для связи выдали рацию. Но мы с товарищем за первый час, слушая радио, посадили аккумуляторы и остались без связи. С нами 20 часов никто связаться не мог. Такой нагоняй потом получили. Сам же стрелял только в тире. Ну, как стрелял. Сделал три одиночных выстрела из автомата. Даже не знаю, попал в мишень или нет :).

– Из «Коммунальника» вы перешли в «Дариду», которая в 2006-м выдала чумовой старт сезона – после первого круга чемпионата шла в лидерах.

– О, это самый мощный первый круг в моей карьере! Перли мы здорово. Лидеров цепляли, играли в отличный футбол. Если не путаю, набрали одинаковое количество очков с БАТЭ. А в паузе между кругами поехали на сбор в Польшу, где Людас Румбутис дал нам очень много беговой работы. Реально, неделю только и делали, что бегали. А во втором круге покатились вниз. Набрали всего семь очков и свалились на 11-е место. Не знаю, совпадение это или нет, но мне уже тогда решение Людаса Ионовича нагрузить нас показалось странным. Может, стоило, наоборот, дать отдохнуть. Сейчас тот период вспоминаю с досадой. Считаю, могли выжать больше.

Вообще, в «Дариду» попал интересно. «Коммунальник» играл с ждановичцами в Кубке Беларуси. Проиграли 0:2, но меня признали лучшим игроком нашей команды. Делендик вручил приз, а потом вдруг спросил: «Хочешь за «Дариду» играть?» Ответил, что очень хочу. И через пару недель позвонил Румбутис. С Делендиком общались не часто, но в раздевалку он заходил регулярно. Мог и недовольство высказать, а мог и, наоборот, похвалить, дать двойные премиальные. Он много делал для команды. Стадион, например. Мне очень нравилось на нем играть. Да, поле не очень ровное, но зато атмосфера шикарная. Бежишь по флангу, а тебя болельщики подгоняют. Это здорово. Футбольная обстановка.

Андрей Мисюк стоит 6-й слева в верхнем ряду

После ухода Румбутиса главным тренером стал Анатолий Байдачный. Когда его представили команде, подумал: «Что я тут делаю? Столько звезд собралось! Сам Байдачный нас будет тренировать. Неужели появилась возможность побороться за что-то?» Но в итоге… Последний сбор перед стартом чемпионата проводили в Сочи. Погода была ужасной. 11 дней лил такой сильный дождь, что приходилось тренироваться буквально по колено в воде. Вернулись в Минск за два дня до первой игры. Домой нас не отпустили, отправили на базу. И в первом туре мы попали под «Шахтер». Сперва подумалось, что осечка, но неудачи продолжились. Настроение стало ухудшаться, микроклимат падать и все покатилось по наклонной. Обстановка в команде была совсем не позитивной. Вдобавок у Байдачного возник конфликт с Делендиком. И в конце первого круга Анатолия Николаевича уволили.

– Байдачный – самый эмоциональный тренер в вашей карьере?

– Ну, как сказать… Был же еще Жуковский :). Правда, Виталий Леонидович пихал только по делу, хотя мог и просто так. Что касается Байдачного, то не очень хотелось оказываться рядом с ним, когда он злился. Но при этом он всегда был за игроков. Стоял за нас горой. Да, мог после игры пропесочить, но если вмешивалось руководство – все принимал на себя. На том самом сборе в Сочи был случай. Во время «товарняка» Байдачный забрался на верхний ярус небольшой деревянной трибуны и в свойственной для себя манере руководил. Кричал, размахивал руками. Шум стоял на весь стадион. Вдруг резкая тишина и грохот! Оказалось, на эмоциях Байдачный рванул вниз, чтобы кому-то что-то объяснить, зацепился за доски и упал. Тишина длилась всего пару секунд. Николаич вскочил и снова принялся кричать. Пару минут я от смеха не мог нормально играть.

Ему на смену пришел спокойный Владимир Курнев. Первый матч при Владимире Борисовиче мы с треском провалили – проиграли «Гомелю» 2:7. Но потом собрались и выкарабкались в серединку таблицы. Договорились, что продолжим сотрудничество, но в клубе начались странные процессы. Курнева сняли, игроки стали уходить. Понял, что с командой будет все плохо, и тоже начал искать варианты продолжения карьеры. Благодаря Андрюхе Разину поехал на просмотр в иркутскую «Звезду». Зарекомендовал себя отлично. Тренеры отправили домой готовиться ко второму сбору в Турции, заодно попросили решить вопрос с Делендиком. Оказалось, «Дарида» за меня 150 тысяч долларов хочет. Россияне столько платить были не готовы. Приехал к Делендику на завод, спрашиваю: «Чего вы за меня так много просите?» Отвечает: «Ты в Россию едешь. По Беларуси сумма ниже».

Так я понял, что «Звезда» мне не светит. А рядом все это время стоял начальник команды Евгений Шабуня. Вдруг он протягивает мне трубку: «С тобой Юревич хочет поговорить». Анатолий Иванович обрисовал ситуацию и пригласил в «Гомель». Прощаемся, и он меня ошарашивает: «Жду в своем кабинете в восемь вечера. Через час есть поезд на Гомель». Вечером команда уезжала в Киев, оттуда улетала на сбор в Турцию. Я понимаю, что не успеваю совершенно. Тогда жена посоветовала полететь – тогда были рейсы в Гомель из первого аэропорта. А я летать боюсь, но она настояла. Купил билет, сел возле иллюминатора. Вроде даже чувствовал себя спокойно. Но когда к пропеллеру подошел человек и принялся его руками раскручивать, стало очень страшно. Успокаивал себя, что если двигатель откажет, будем планировать, потому что АН, на котором летим, способен на это. Хорошо, что высота была небольшой – следил за тем, как города мелькают. Даже не особо трясло.

Кстати, Байдачный тоже летать боится. Я как-то сидел с ним рядом в самолете. Больше не хочу. Он с такой силой сжимал подлокотники, что чуть не оторвал их от кресла. Благо после взлета успокоился.

В общем, до Гомеля добрался где-то за полчаса и сразу в кабинет к Юревичу. Только к теще заскочил, чтобы побриться. Я уже был наслышан о нравах Анатолия Иваныча. Мне рассказывали про Виталика Надиевского, которого Юревич как-то выловил небритым.

– Виталик, а почему не побрит?

– А у меня имидж такой.

– Имидж? Окей, ну только увижу тебя побритым...

Так и ходил Виталик с бородой :).

Вот и я  решил подготовиться, но все равно получил нагоняй из-за прически. Анатолий Иванович как увидел длинные волосы, сразу начал поучать: «Периферическим зрением не увидишь ничего. Давай-ка состригай». Пришлось.

О нагрузках Юревича скажу только одно. На начало первого сбора весил 76 килограммов и думал, что это мой боевой вес. Но похудел до 72-х и чувствовал себя великолепно. До сих пор держусь на этом уровне. Может, благодаря Юревичу до 35 и доиграл.

– Мне рассказывали историю, что во время полета с «Партизаном» на сбор вы выпили лишнего, потеряли в салоне новенький IPhone, а потом требовали от партнеров его вернуть, так как думали, что взял кто-то из них.

– Хорошая история, но не совсем правдивая. Я не пил. Да и немного не так все было. Перед взлетом сложил в кармашек на спинке кресла телефон и паспорт, а после посадки забыл их там. Обнаружил, что вещей нет, уже возле стойки регистрации. Сперва действительно думал, кто-то из своих прикололся. Стал допытываться, но оказалось, что телефона ни у кого нет. Побежал назад к самолету, а стюардессы уже внутрь не пускали. Описал ситуацию и попросил посмотреть телефон с паспортом в кармашке кресла. Одна из них возвращается через минуту и говорит, что паспорт есть, а телефона нет. Прошу еще раз глянуть, но она говорит, что телефона нет. Вернулся в здание аэропорта и написал заявление о пропаже, но в ответе мне написали, что телефона там не было. Очень расстроился. IPhone был совсем новенький. И пяти дней не прожил. С тех пор у меня только обычные телефоны.

– «Партизан» тогда играл в первой лиге. Были деньги на сборы в Турции?

– Насколько я помню, в то время Владимир Романов еще не отказался от команды окончательно. Зарплата платилась регулярно, премии тоже. Да и в Турцию отправились лишь перед самым стартом чемпионата. Основная подготовка прошла в Минске. А вот когда в середине года курс доллара подскочил, начались проблемы. Тогда и премиальные платить перестали. Людас Румбутис, который тогда был директором клуба, обещал, что все будет выплачено, но пришлось выбивать деньги через суд.

– Кстати, Людас Ионович говорит, что это он вернул команду в высшую лигу. Как было на самом деле?

– … (пауза). Весь год нас тренировал Курнев, но за три тура до конца чемпионата Румбутису что-то не понравилось, и он его убрал. К тому моменту мы растеряли преимущество над «Славией» в 9 очков и даже оказались в роли догоняющих. Было понятно, что нам светят стыковые матчи. Тренера искать не стали, и Людас Ионович принялся тренировать сам. И раз мы прошли «Витебск», то формально он и вывел. Другое дело, стоило ли снимать Курнева. Владимир Борисович хорошо выполнял свою работу. И выход в «вышку» – следствие того, что мы делали весь сезон. Но в этой истории самое печальное то, что все это оказалось напрасно, и клуб развалился.

– Вспомните самого интересного легионера, с которым довелось поиграть.

– «Смешных» парней на сборах было много, но обычно таких не подписывали. Так что даже не вспомню кого-то. Если же вообще говорить об иностранцах, то больше других запомнился Ричард Бохомо из «Гомеля». Мощный такой африканец! На него посмотришь – страшно становилось. Был у нас Андрюха Баранок. Когда его дети Бохомо видели, за папу прятались – боялись.

– Говорят, вы рыбалкой увлекаетесь. Когда подсели на эту забаву?

– В «Ислочи». И сразу скажу, что не Виталий Жуковский меня увлек. Скорее наш капитан Саня Холодинский повлиял. Как-то моя семья на отдых укатила – появились свободные выходные. И Саша предложил отдохнуть. Купили самые дешевые удочки и поехали.

– Говорят, новичкам везет.

– В моем случае сработала пословица «первый блин комом». Мне хотелось сразу крупную рыбу вытаскивать, а получалось больше по мелочи. Но, несмотря на это, рыбалка меня заинтересовала. Это отличный отдых. Закинул удочку, сел на бережок и наблюдаешь.

– Делитесь рекордным уловом.

– Как-то вытянул трехкилограммового леща. Он сопротивлялся. Бешеное удовольствие испытал, пока тянул. Подобный азарт тоже подкупает. Хочется еще. Теперь у меня нормальные снасти. И я с нетерпением жду старт не только нового футбольного сезона. Скоро поеду ловить рыбу. 

Фото: fcisloch.by, Иван Уральский, блог «Фантазер» на Tribuna.com.

+28
Реклама 18+
Популярные комментарии
ship_by
+7
>>Андрей Мисюк стоит 6-й слева в верхнем ряду
Зато вратаря представлять и находить на фото не составляет труда :)
Sergey_00-33
+7
Андрей Владимирович, удачи тебе лично и клубу!!!
Vedeneev
+2
Лично тебе большое спасибо за фотку Дариды. Порадовала. Столько старых знакомых лиц)
Ответ на комментарий Бондар
4 и 5 фотки, так то мои, а не как не «Прессбол», fcisloch.by. Лично Андрюху фоткал и эмблемку на общее фото набивал.

by.tribuna.com/tribuna/blogs/fantaser/1179169.html - 11 лучших игроков «Дариды» в XXI веке. Здесь тоже Мисюк есть)
Написать комментарий 7 комментариев
Реклама 18+